Онлайн книга «Ребёнок от Бывшего-Босса. Новая встреча»
|
Но Георгийлишь насмешливо скалится: – Какую? – Ближайшую, – отрезаю я. – У тебя все? – Так почему плакала, если тебе плевать на все? – Порезалась! – выдаю то, что на языке вертится, и тут же морщусь. Очень неумно! – Из-за таких пустяков слезы лить? Давай я посмотрю. И тянется же ко мне! Сволочь! И успевает за запястье поймать. На себя дергает! Привлекает вплотную. Вторая его ладонь ложится мне на талию и не позволяет вырваться. Я теряюсь в собственных чувствах. И душа воспаряет, потому что он здесь, потому что касается, уговаривает. Но тут же разбивается об отвесные скалы. Потому как мужчина этот чужой, а прикосновения его не для одной меня. Эгоист и бабник. Глаза б мои его не видели, а сердечко вскоре забудет. Точно забудет! Ладонь моя оказывается в плену, Гоша внимательно разглядывает сначала мою правую руку, затем – левую. Я пытаюсь сопротивляться, вырываюсь, но куда мне с этой махиной справиться?! Да он весит под центнер! – Отстань ты от меня! – цежу сквозь зубы, не сдаваясь. – Ну вот. Порезов нет. Все хорошо. Я спокоен. – Какое счастье, – продолжаю плеваться. – Ты меня обманула. Мы квиты. Переодевайся, поехали. – Жену прокати. Мне стыдно. Мне очень стыдно вспоминать, чем мы занимались в его машине. Как я остро реагировала на все, что он вытворял со мной, как сбивчиво дышала ему в ухо. И как мои волосы падали ему на лицо, а он целовал меня, заглушая стоны. Опускаю веки на секунду, чтобы не тонуть в его проницательном взгляде – не то синем, не то зеленом. Пробирающем до глубины… И руки его всегда нежные, заботливые… Горячие губы касаются моей шеи, мгновение за мгновением оставляя за собой неизлечимые ожоги. Испепеляя меня. И я… сдаюсь, опускаясь до беспомощной мольбы: – Гош, отпусти, а. Я не хочу. Упираюсь ладонями в его грудь: широкую, мощную. Он дышит тяжело. У меня не хватает сил с ним справится. С этим непробиваемым носорогом. – Ну извини меня, пожалуйста, я не могу сам себе объяснить! Просто думаю о тебе. Постоянно, – он вдавливает меня в дверь. Раньше я бы задохнулась от чувств. От желания в ярких мужских глазах. От признаний. «Искренних». Но теперь нет. – Ты ее любишь? Я повторяюсь так глупо, а он молчит. Отворачивается и вздыхает не то тяжко, не то насмешливо. Затем смотрит мне в глаза, и в его взгляде я читаю ответ. Какой же он ублюдок! – Пошел вон отсюда. Георгий вдруг улыбается и на секунду даже опускает веки. Ему весело, да? – Как же тяжело с тобой, – роняет так, будто устал со мной возиться. – А нужно было сразу озвучить свои цели. Было бы проще. С самого начала бы послала тебя подальше, и все! Поджимает губы. Впервые он, кажется, злится. И я цепляюсь за эту соломинку. – О каждой минуте с тобой сожалею. О каждой секунде. Воротит от тебя знаешь как? Его подбородок выезжает вперед. Гоша слушает, впитывая каждое слово. Налет озорства и харизмы слетает, оставляя обнаженную суровость и недовольство. Вот такой он. Грозный, сердитый, хмурый. А еще мрачный и безжалостный. Как ощетинившийся зверь, готовый напасть в любую секунду. Он следит и контролирует каждое мое действие. – Чего добиваешься? Чтобы я тебя вот так схватил и в машину закинул? – Я тебе не кошка, чтобы меня за шкирку тащить, куда тебе вздумается! – Кошка, – заявляет он бесчувственно. – Моя ласковая кошка. Поэтому давай ты соберешься, и мы поедем. Заодно и успокоишься по дороге. |