Онлайн книга «Ребёнок от Бывшего-Босса. Новая встреча»
|
– Там все отгородили, специально для таких зевак, как ты! Но ты и тут смогла зацепиться! – Ну извините, что некоторые люди ногами по земле ходят! Не всем в представительских машинах ездить! – Ты хоть минуту можешь не дрыгаться?! – рычу я, готовый ее приколотить к себе. Прохожу на стоянку, распахиваю багажник. – Это зачем? Это… это?! Гоша, ну не надо! Она плюхается туда. Слегка переваливается на бок. Потирает ушибленный зад, сведенные вместе ноги торчат наружу, одна туфля летит на асфальт. Поделом кое-кому за длинный язык. – Здесь сиди! – тычу пальцем на дно багажника и тянусь к аптечке. Нервно ее раскрываю. Тяну дезинфицирующее средство. Так, что тут у нас подходящего… Зажимаю в одной руке перекись, в другой зеленку и вату. То что надо! Довольно скалюсь, приказывая: – Не шевелись. И приближаю к раненному колену зеленку. – Э, э, э-э!!! Ты что делаешь?! – орет она в панике.Красная вся как рак. Подлецу все к лицу. – Продезинфицировать хочу, – улыбаюсь про себя. – Не смей! – Это старое доброе средство, – коварно усмехаюсь. – Прекращай трястись. – Как я с таким зеленым пятнищем на работу пойду?! Ты вообще в своем уме?! – Тогда снимай капрон. Их все равно выбрасывать. Освобождаю руки. Надеюсь, «старое доброе средство» не разольется. Она как рыбка: с выпученными глазами. – Что?! – Снимай, говорю. – Прямо сейчас?! – Именно. Я тебе помогу. Обхватываю ее бедра, наклоняясь к ней. Вдыхаю ее запах, и безразличным остаться не удается. Огонь в ее глазах подзадоривает меня. Задираю юбку. Чуть не стону, когда вижу то, что мне видеть не положено. Обычное хлопковое черное белье. Я с нее раньше кружево срывал зубами. – Да убери ты руки, а! Ненормальный! – она пытается меня оттолкнуть. Но легче поезд сдвинуть с места. – Если ты тут главный, то тебе все… – Да, Афина, мне все можно, особенно когда я так заботливо помогаю своим подчиненным. На ее лице столько раздражения и злости, что еще немного, и в меня полетят клинки нецензурной брани. – Да не смей ты меня трогать! – она говорит что-то еще, а я пытаюсь подцепить ее капронки – дело, конечно, непростое. – А тогда сама снимай колготки и сиди тихо, когда я говорю! Я просто рану полью! Что ты вся как змея уже искрутилась и обругала меня про себя! Она, беззвучно шевеля губами, стягивает капрон, слепо отбрасывая его в сторону. Босая… Впивается в меня бешеным взглядом, но все равно я не позволяю ей встать и спрыгнуть на асфальт. – Только посмей этой цветной дрянью до меня дотронуться! – Да сиди ты уже спокойно. Она шипит, стиснув зубы, когда я начинаю обильно поливать рану перекисью. А у меня в душе все переворачивается. Понимаю же, что ей больно. Наклоняюсь и начинаю дуть на поврежденную кожу, едва сдерживаясь от желания поцеловать раненую коленку. – Тихо-тихо, – успокаиваю я эту воительницу, – почти все. Ну надо, потерпи. Дую вновь, прогоняя прочь желание забрать ее боль себе. Для меня это реально пустяки, а ей… Встречаемся взглядами. Мой – сочувственно-извиняющийся. Ее – ошарашенно-настороженный. Я подвисаю, барахтаясь в неизведанной глубине. Выплыть не получается. Так и смотрели бы мы друг на друга, если бы мне в спину не ударил пронзительный и сочащийся обидой голос: – Дела, конечно, важные. Спору нет. Плечи мои застывают, и я медленно выпрямляюсь. Оборачиваюсь, заслоняя спиной сжавшуюся в комочек Афину. |