Онлайн книга «Письмо из прошлого»
|
Противно. С отчаянием провела рукой по своему отражению, откинула с лица волосы, встала под горячую воду. Вода бьет по спине, и Маша жмурит глаза от боли. Видит себя, словно со стороны и не может в это поверить – за что ей столько боли и унижения. Перед глазами моменты жуткой ночи – Игорь хватает ее за волосы, толкает и она ползет по мокрому грязному полу – все вокруг в воде, разлитом пиве, слюнях и брошенных окурках, как же противно! Вот он уже толкает ее на грязный топчан, Маша падает, словно тряпичная кукла, безвольно, не сопротивляясь, больно ударяется коленками об пол. - …Раздевайся! Голос Игоря эхом раздается в голове. Она подчиняется, но лишь тогда, когда голова наполняется туманным гулом от удара… Маша встряхнула головой, сбрасывая с себя наваждение прошедшей ночи, облокотилась о стену ванной комнаты, потрогала затылок – болит и, кажется, шишка. Она снова зажмурилась, до боли закусив губу, снова очутилась в темном подвале: вот он, мерзкий и противный Леня, карабкается по ней, заламывает руки, больно кусает грудь, водит своими руками по ее ногам и бедрам. Боль и темнота. Ненависть – какое отличное чувство, сильнее, чем любовь… Маша всхлипнула и задрожала, схватила с полки мыло и щетку и с остервенением начала тереть свою кожу. Она хотела не просто смыть пот и грязь, она больше всего на свете желала смыть эти жуткие воспоминания… - Давай поговорим. – Сказала родственница, едва Маша вышла из ванной. - Я хочу отдохнуть. Я устала. - Отчего ты устала? - Я не хочу сейчас разговаривать! Маша направилась в свою комнату, но дверь закрыть не успела, родственница появилась в дверях. - Мария, - сказала она, поправляя очки, - я хочу помочь вам, но вы оба как будто не желаете ничего менять! - Я не думаю, что отец бросит пить. Маша обессилено села на кровать, завернулась в одеяло. - С отцом я еще побеседую, - Баба Лида сощурилась. – Ну а ты бросишь свои гулянки? Маша хмыкнула: - Мне нечего бросать. - Вот, и отец твой так же говорит. – Баба Лида, наконец, вошла в комнату и села на старенькое кресло у шкафа, как раз напротив Машиной кровати. Кресло жалобно скрипнуло и в воздух поднялось небольшое облачко пыли, поблескивая при свете. На этом кресле уже тысячу лет никто не сидел. – У вас столько неоплаченных квитанций за коммунальные услуги, за несколько месяцев уже накопилось! - Раньше этим занималась мама. - А теперь займись ты. – Родственница снова поправила очки. - А деньги, где я возьму? – Маша недовольно цокнула, почувствовала, что хочет курить и машинально посмотрела на подоконник, на котором когда-то лежала пачка сигарет. – Отец все пропивает со своими дружками. Баба Лида замотала головой, сказала с полной уверенностью в голосе: - Его скоро выгонят, уволят и все. Маша устало кивнула, соглашаясь. Она и сама об этом часто думала: - Его и так уже перевели в вечернюю смену на пол оклада. Она залезла на кровать с ногами, укуталась в одеяло до самого носа. Чувствовалось, что в квартире дали отопление, но ее все равно знобило. - Я устала, можно я останусь одна? Родственница даже не пошевелилась, игнорируя ее просьбу, вместо этого строго спросила: - Так, а почему ты не ночевала дома? - Я была у подруги, - соврала Маша, закрывая глаза. Хотелось забыться крепким сном. – Я устала, хочу отдохнуть. |