Книга Письмо из прошлого, страница 185 – Ксения Хиж

Маша закрыла лицо руками, заревев. Перед глазами воспоминания: она зарывается в мокрую от слез подушку, кричит безмолвно – он женился на другой – она видела в интернете фотографии с его свадьбы. Бежит в вымокшем до нитки платье по набережной канала Грибоедова – у них родился сын, и какой Макс счастливый на выписке, как нежно обнимает жену – Татьяна все еще не дорожит личной жизнью – все на показ, социальные сети пестрят их совместными фотографиями. Маша выбежала из офиса, увидев фотографию счастливого Максима, и бежала долго, обливаясь слезами, пока не выбилась из сил. А где их ребенок – он знает?! Не знает. И она не хотела знать, но в ушах бесконечная пленка с жарким шепотом мужа не давала позабыть прошлое – Машенька у нас будет свой малыш, забудь, так даже лучше, поверь. Ты же еще молодая, вся жизнь впереди…

Железнодорожная станция Удельная – объявил голос, и Маша поднялась с сиденья – на станции полно народу, ее потоком выносит к эскалатору – ступени, и ее несет наверх. В клинике ее ждет муж, на телефоне десять пропущенных вызовов – все от Алеши и ни одного от Макса. А она все еще наделась? Глупая. Но правду ведь говорят – надежда умирает последней. Она внутри давно уже умерла, а на дне серого тумана ее души всплеск огня, что горел в его глазах в их встречу.

Она вышла из вестибюля метро, вдохнула, не бодрящий осенний воздух, а горький дым своих надежд. Дорога казалось долгой, но она шла – к тому, кого видеть совсем не хотелось, и ощущала себя безвольным грызуном, бегущим по замкнутому колесу. Снова бежать? Взять свои вещи и вновь отправится в путь? Куда? К кому? Она уже однажды бежала…

- Что с тобой? – спросил муж, когда она вошла в палату и села напротив.

Маша скользнула глазами по его круглому и румяному лицу, по капельнице, что стояла рядом, по игле в его вене.

- А что со мной? – Она рассеянно мотнула головой. – Все нормально.

- Ты пила? От тебя пахнет. – Алеша нахмурился, простонал, когда резко дернул рукой.  Надоело мне здесь, никаких условий. Домой хочу, к тебе.

Она усмехнулась. Алеша стонет, заглядывает в ее лицо жалостливыми глазами. Жалкий. Себя ведь жалеет, не ее. А кто ее пожалеет? Никто. Она одна. Судьба такая – душа ее, бережно завернута в плед серого колючего одиночества.

Маша поморщилась, отнимая руку – ей противны его прикосновения. Он и сам это понимает, печально закатывает глаза, снова вздыхает.

- Почему ты не сказал мне, что моя квартира давно уже продана?

Муж замер в растерянности, сказал, отмахиваясь:

- Купили и ладно, и так долго на продаже стояла. Думал уже, за бесценок отдавать.

- За бесценок? – Маша обхватила голову руками. – В ней вся я осталась, а ты…

- Не разводи сопли. – Гаркнул он, нахмурившись. – Снова начинаешь? Зачем это все?

- Действительно – зачем? – она подняла на него глаза. – Давай разведемся?

- Маша! – он выставил вперед руку. – Перестань! Мы же обсудили уже это. Я развода тебе никогда не дам. Не говори ерунды. Я это все что у тебя есть. Куда ты без меня? Кто ты без меня? Ты же не сможешь одна, ты слишком слабая.

- Ты меня такой сделал.

- Я?!– он устало отвернулся к окну, вздохнул. – Не я и ты знаешь это. Послезавтра меня выписывают. Начнем все сначала. У нас все получится, вот увидишь.

- Я ничего не хочу. Противен ты мне до тошноты.