Книга Развод. В логове холостяка, страница 7 – Ксения Хиж

Хмыкаю, качая головой. Ну вот, осталась последняя капля, которую сейчас добавят они в сосуд моей ненависти, хотя, казалось бы, куда уж больше?

- Прошу прощения, - улыбаюсь гостям и торопливо иду на выход.

Быстрыми шагами пересекаю холл, с бьющимся в груди сердцем поднимаюсь по витой лестнице на второй этаж. Здесь несчетное количество спален и гостевых комнат, библиотека, кальянная, и я проверяю всё, открывая двери каждой из них. Когда остается последняя дверь, я уже знаю наверняка, что ОНИ там.

Выдыхаю, сердце колотится в припадке, чуть приоткрываю дверь.

Стук двери. Стук сердца.

Замираю, забывая, как дышать. Вдохнула наполненный ароматом цветов воздух секунду назад счастливой беззаботной женой и забыла выдохнуть. Потому что той дурочки больше нет.

Она поражена громом и молнией. Она обесточена. Она унижена и убита.

И она – это я. Та, что рассыпалась в секунду на атомы.

С тихим выдохом, переходящим в всхлип, припадаю к щелке не до конца закрытой двери.

Аромат цветов больше не ощущается.

Солнце не светит так ярко в панорамные до самого пола окна.

Мир не красочный и многообещающий. И даже это платье на мне, дорогущее, от модельера, обтягивающее фигуру, усыпанное сотнями кристаллов и блесток– больше не слепит глаза и не кажется совершенным.

Колючая ткань, царапающая кожу.

И его движения на ней – резкие и чуть грубоватые от затмевающей их страсти – словно ножом выскребающие меня изнутри.

- Серафим? – Шепчу тихо, себе под нос, ловя губами соленые слезы. – Мила?! – мой голос хрипит и разрезает воздух будто наждачкой….

Как все-таки жизнь непредсказуема. Уму непостижимо. Еще вчера я строила планы на будущее – светлое, яркое, беззаботное, как и все мое настоящее. Жила планами, мечтами, шла к цели. Мечтала о ребенке. А сейчас…

Разворачиваюсь ровно в тот самый момент, когда они оба смотрят в мою сторону.

Несусь по ступенькам. Почти тотчас попадаю в объятия свекрови.

- Тут репортёры! – поет она на ухо. А я кривлюсь. Вытираю жгучие слезы – их, хвала богам, немного.

- Улыбнись! – Серафим появляется рядом и с силой сжимает мою руку. – Улыбнись, я сказал!

Я натянуто улыбаюсь, смотря в сторону мелькающих вспышками фотокамер. Свекровь пригласила блогеров и журналюг. Те кричат вопросы, сыплют комплиментами нашей паре. А я дрожу внутри от страха и боли и ненавижу сейчас всем сердцем того, кого еще вчера безумно любила.

Очередная вспышка слепит. Я машинально прикрываю глаза и пытаюсь побороть в себе тошноту, что горечью норовила вырывается наружу.

Мне плохо от всего происходящего. А раньше я любила эти светские мероприятия.

Мне плохо от его голоса и фальшивых прикосновений.

Он резко дергает меня в сторону, возвращая в реальность.

- Завтра уезжаешь пиликать по своим клавишам, - он берет меня как щенка за шкирку и ведет за собой. – Катись в свой тур по Европе, в свой хваленый Санкт-Петербург, в Прагу, Хельсинки, Амстердам, что там еще, а меня не выводи больше своими разговорами и упреками, поняла? И ни слова об измене. Представь, что ее не было. Возьми и забудь! Развод не получишь! Если только помрешь!

- Ты мерзость, Серафим!

- В горе и радости, помнишь? Пока смерть не разлучит нас!

Он смотрит на меня как на жертву. И я понимаю, что это лишь вопрос времени. Они меня УНИЧТОЖАТ!