Онлайн книга «Развод. В логове холостяка»
|
Одно я знала наверняка: я умею потрясающе играть, знаю ноты, у меня был любимый, а у него другая. И еще Даша и Руслан и наше настоящее, как-то связано с прошлым… В обед, когда в комнате для меня накрыли стол, я включила телевизор, да так и замерла с поднесенной ко рту ложкой. Шла передача – ни начала, ни конца, но этот отрывок интервью меня парализовал. Я сделала звук громче и превратилась в зрение и слух. - ..Это будет ваше последнее интервью? Рыжие брови журналиста скользнули вверх. Кажется, он удивлялся искренне. Женщина на экране, в ослепительно красивом вечернем платье горько усмехнулась, на мгновение прикрыв глаза, а потом проговорила: - Как все жалко и наигранно. Господи, до чего я докатилась! Весь мой мир, вся моя жизнь одна большая иллюзия: игра, притворство, сцена. Пожалуй, только за клавишами фортепиано я еще живу, может оттого и разрываю сердца миллионов своей виртуозной игрой, потому что сквозь подушечки моих пальцев из меня выходит вся боль и, выплескиваются эти атомы, превращаясь в музыку. Музыка. Музыка. Музыка. Учи, Полина, повторяй, играй! С трех лет я играю. Не живу. Голос! Я сипло втянула носом воздух. Это мой голос. Взмах руки, она поправляет прическу. Я дотронулась до ежика на голове. Это мои жесты! А еще мои глаза, наполненные такой болью, что теперь, глядя на них со стороны, мне захотелось рыдать. - ..Можете не менять позу? Вы отлично сейчас смотритесь. – Попросил фотограф и она замерла перед камерой. - Можно ли считать, что Вам крупно повезло, ведь не каждый пианист в этом мире становится концертирующим. А вы выступаете по всему миру и у вас тысячи, сотни тысяч поклонников. - Конечно. Мне в этом плане крупно повезло. Две стороны медали. С одной – ноты, музыка – моя жизнь. - А что со второй стороной? - Со второй? Ох, если бы об этом можно было говорить вслух… - И все-таки? Женщина зажмурилась и мотнула головой. - Все в моей жизни не так, как кажется. Иногда ты просто становишься заложницей чьей-то прихоти, а все, что с детства казалось благословлением Господа – на деле лишь грязный сговор прогнивших людей. - Это вы о чем? - Это я о талантливых детях, подростках, которых так легко обмануть… - Вы про своё детство? Вы же выросли в интернате… - Я в шестнадцать попала в интернат. И почти сразу же в дом к будущей свекрови, она ведь тоже легенда – талантливая и я вся в нее. Ее слова, кстати, не мои. И это важно. А что было ДО вы знаете?.. Экран пошел рябью и появился рыжеволосый ведущий. - Полина Григорьева, - вещал он, - виртуоз, пропавшая без вести после своего последнего интервью. Её тело не найдено до сих пор. А теперь к другим новостям… В ушах зазвенело. Комната поплыла. Из моего горла вырвался сдавленный стон, а потом по лицу потекли горячие, неконтролируемые слезы. Когда пришла медсестра, я, все еще содрогаясь от рыданий, схватила ее за руку. - Можно мне ваш телефон? Буквально на пять минут! Девушка вздрогнула, но гаджет свой протянула. Дрожащими пальцами я набрала свое имя и фамилию в поисковике. Новостные заголовки пестрели моими фотографиями и заголовками постов: «Трагедия гения», «Загадочное исчезновение пианистки», «Полина Григорьева пропала». Я вглядывалась в свое лицо на снимках – улыбающееся, успешное, абсолютно чужое. Это была я, но я ничего не чувствовала, глядя на эту женщину. Только пустоту и леденящий ужас. |