Книга Одна рождественская ночь с тобой, страница 33 – Н. Л. Аморе

Как же глупо было думать, что он будет здесь, когда я проснусь? Мы оба договорились об одной ночи, не больше. Я сказала эти слова. Я знала, что это ни к чему не приведёт. Так почему же это отвержение болит сильнее, чем конец моих долгих отношений?

Может быть, потому что я знала, что у нас с Карсоном всё кончено задолго до того, как мы поставили точку официально. Может быть, потому что Беккет заставил меня почувствовать то, чего никто никогда не вызывал во мне, а может быть, потому что я была достаточно наивна, чтобы поверить, что меня стоит хотеть и удерживать.

Беккет

Девять месяцев. Меня может не быть девять месяцев. Если бы я получил этот звонок до того, как встретил Ноэль, я бы мчался в аэропорт, чтобы, чёрт возьми, убраться отсюда и подальше от своей жизни-катастрофы, но теперь, побыв с ней, она изменила всё. Я знаю, это безумие; я знаю её всего день, но что-то ощущается иначе. Это связь, которую невозможно объяснить словами. Это просто чувство, и мне будет больно до чёрта сказать ей, что я должен уехать. Но я хочу объяснить ей столько, сколько смогу, дать ей своё настоящее имя и свой номер, обещание ещё одной ночи, когда я вернусь, если она этого захочет.

Мне удалось устроиться в баре отеля с ноутбуком, подтвердить свои поездочные договорённости и прочитать брифинг. Сотрудники кухни были достаточно любезны, чтобы отрезать кусок махагонового торта и поставить в него свечу для Ноэль.

Балансируя двумя стаканами кофе навынос, поставленными один на другой, тарелкой с тортом и сумкой на одну ночь, перекинутой через плечо, я направляюсь обратно в свой гостиничный номер. Я стучу в дверь ногой, ожидая, что Ноэль откроет. Я жду и жду. Я стучу снова — ничего. Я ставлю кофе и использую ключ-карту. Может, она всё ещё спит. Мы прошлой ночью прошли несколько раундов; она, должно быть, вымотана. Что-то кажется неправильным в ту же минуту, как я вхожу. Слабый аромат её цветочных духов висит в воздухе, но на полу нет одежды, кровать пуста, и узел в моём животе затягивается. Я ставлю напитки и тарелку на комод и роняю сумку на пол.

— Ноэль? — зову я, входя в большую белую ванную. Ничего.

Я бросаюсь через коридор к её комнате, отчаянно колотя в дверь. Чёрт, я надеюсь, она не подумала, что я просто ушёл от неё.

— Ноэль, — кричу я, ударяя кулаком по твёрдому дереву.

Дверь рядом с комнатой Ноэль открывается.

— Потише нельзя? Рождество же. Что за крики? — ворчит старик в зелёном халате.

— Я пытаюсь найти свою девушку. — Это слово срывается так легко. — Вы её видели?

— Если вы имеете в виду милую маленькую блондинку, которая пару минут назад носилась тут, пытаясь вытащить свои сумки за дверь, то да. Она направлялась к лифту. Мне тоже пришлось сказать ей, чтобы потише была.

Я обмякаю от облегчения. У меня ещё есть время догнать её и всё объяснить. Я решаю пропустить лифт и иду по лестнице,сбегая вниз через ступеньку к стойке регистрации.

— Блондинка, номер 305. Она ещё здесь? — кричу я громче, чем нужно.

— Простите, сэр, гостья из номера 305 только что выехала, и для неё вызвали такси.

Я не слышу, что ещё говорит женщина. Я бегу к главному входу, слегка поскальзываясь, спускаясь по обледенелым ступеням. Я лихорадочно вглядываюсь вверх и вниз по улице, но ничего. Всё, что я вижу сквозь утренний туман и заснеженные улицы, — это фары, исчезающие вдали, и я сердцем знаю, что это она. Это она, и я всё, чёрт возьми, просрал и потерял её.