Книга Крах Шейда, страница 178 – Джейми Бигли

— Почему ты здесь? — спросил Шейд, подходя к подножию лестницы, глядя на нее снизу вверх.

— Ты не смог бы выбрать лучшего места для своего дома. Вид отсюда… идеальный. Когда я стою здесь, то кажется, что могу протянуть руку и коснуться неба. Это звучит глупо, но тут так высоко, что, думаю, Бог мог бы слышать меня немного лучше, — она одарила Шейда кривоватой улыбкой. — Когда я была маленькой, я очень много молилась по ночам. Моя настоящая мать не особо посещала церковь. Если бы не мои подруги, я бы даже не знала, что есть Бог. Они рассказали мне о Нем. Моя мама не верила, объяснивмне это.

— Лили, остановись. Я же говорил тебе, не сегодня. Не в день нашей свадьбы.

— Я должна рассказать тебе сегодня, Шейд. Сегодня — день, когда ты сделал меня своей женой.

Она обхватила руками столб, к которому прислонилась, пытаясь найти в себе силы рассказать ему так, чтобы он понял.

— Я не знала, что такое «папа», поэтому мои подруги пытались мне это объяснить. Когда они рассказали, я заплакала, потому что тоже хотела иметь такого. У меня не было многого, ни кукол, ни игрушек, и я никогда не плакала из-за этого. Но когда они рассказали мне, что такое «папа», я очень захотела его для себя. Мои подруги не знали, что делать, но потом одна из них побежала в свою квартиру и вышла оттуда с Библией, и они рассказали мне о Боге, о том, что Он был Отцом всех людей. Я обращалась к Нему всякий раз… всякий раз, когда Он был мне нужен. Я не знаю, слышал ли Он меня. Не думаю, что я была достаточно близка к нему. Вот почему я люблю горы. Я чувствую себя ближе к Богу. Когда я приехала в горы, Он подарил мне родителей, которые любили меня. Он подарил мне Бет, и Он дал мне тебя, Шейд. Моего мужа. Знаешь, почему я не хотела заниматься сексом со своим мужем до свадьбы? Потому что мне хотелось, чтобы этот момент был чистым и новым, потому что я грязная, нечистая…

— Не смей, блядь, больше так говорить о себе! — Шейд встал на первую ступеньку.

— Это правда, Шейд. Я переспала с большим количеством мужчин, чем любая другая женщина в этом доме, и ты заслуживаешь знать об этом. Я не могу отдать тебе свою девственность, ее я потеряла давным-давно, как и все остальное из той жизни, о которой я забыла до ночи Хэллоуина.

— Лучше бы ты никогда не вспоминала, — тихий тон Шейда не скрывал страдания в его голосе.

— Не лучше, это разрушало меня, Шейд.

— Там не было ничего, что стоило бы вспоминать, — его резкие слова заставили ее выпрямиться у столба.

— О нет, было. Там было три маленьких девочки, которые были, как сестры. Когда моя мать в очередной раз отходила от наркотиков и впадала в спячку, она отводила меня к няне. Я знаю, что мама ей не платила, она тратила свои деньги на все что угодно, кроме меня. Я росла с двумя прекрасными маленькими девочками. Они любили меня настолько, что заботились о том, чтобы у меня была еда, чтобыу меня были игрушки, с которыми я могла поиграть, чтобы я знала нормальные прикосновения. Они постоянно держали меня за руку, когда мы выходили на улицу. Все время они боялись, что потеряют меня. Мы сидели на детской площадке и воображали, как убежим, когда вырастем достаточно взрослыми. Вида была милой и сентиментальной. Она любила животных. Она хотела жить на ферме. Сойер была более авантюрной. Она хотела веселиться. Она выбрала Диснейленд, а я хотела увидеть Северное сияние.