Книга Измена. Отпуск с мачо, страница 67 – Рокси Нокс

Уже стемнело. Возле мусорного бака, воровато озираясь, снимаю испорченные трусы и выбрасываю их. Оставляем наше укромное место другой развратной парочке и идем гулять по пляжу. Тиму не дает покоя мое безтрусиковое состояние, и он постоянно норовит залезть ко мне юбку. Держу глухую оборону, хотя отбиваться от его настойчивых рук всё труднее и труднее.

Снимаю обувь и бегу по кромке воды босиком, как в первый день приезда. Тим снимает мои бега и дуракаваляния на камеру. Интересно будет потом посмотреть.

Тим покупает гавайское мороженое, которое представляет собой стружку обыкновенного льда с оранжевым сиропом. Эдакий сладкий снежный сугроб. Кормим друг друга с ложечки, пока в горле не начинает першить от холодного угощения.

– Обещай, что ты не вернешься к мужу? – требует Тим, пересаживая меня со скамейки к себе на колени.

– Конечно, обещаю. Он не представляет для меня интереса, как мужчина.

– Хочется в это верить, – утыкается носом в мою шею.

– Я тебе даже больше скажу: он мне противен.

– Это меня радует.

– Хочу только тебя, – кладу ладонь на его пах и нежно сжимаю.

– Ах, Ириска. Щас насажу, доиграешься…

– Все интимности только в номере, – игриво грожу пальчиком.

Столько секса на природе за всю мою жизнь не было, сколько с Тимом на Гавайях. И должна признаться, мне всё понравилось. У меня даже морщины на лице исчезли, удивлялась сегодняутром, когда умывалась. Прям девочка-припевочка. За Олькину сестру старшую примут. Хе-хе! Так что, обломись мой СТАРЫЙ муж, я к тебе не вернусь. Даже близко к себе не подпущу, и не надейся. Выйду замуж за господина Тархуна, но не тебе назло, а себе на радость!

– Ты с кем мысленно разговариваешь? – ревниво интересуется Тим.

– Ой, прекрати.

Вот кто ведьмак – так это Фей. Мысли мои читает постоянно.

– Просто думала о нас с тобой, – изворачиваюсь. Как-то не комильфо признаваться любимому, что в голове разговаривала с бывшим. Это всё катарсис! До сих пор счастлива и парю, словно у меня выросли крылья.

С детьми сегодня говорила, со всеми тремя. Они напуганы, но бабушка приехала и с ними там находится. В целом держатся хорошо. Ждут меня, обид в голосе не звучит. Ситуация улеглась, и это отлично.

– И чо надумала? – спрашивает Тим.

– Что счастлива с тобой, – отвечаю с широкой улыбкой.

– Постараюсь и впредь тебя не разочаровать. А за Монику – прости.

– Ну ты при чем?

– Что создал такую возможность, в которой она СМОГЛА это сделать. Охранник купился на её прелести и пропустил.

– Интересно, а она с ним расплатилась? – хихикаю. Интимная жизнь американки цветет пышным цветом. Я не завидую, мне кроме Тима никто не нужен. Просто удивляюсь, как можно быть такой шалавой?

– Хочешь, мы у нее спросим? – машет куда-то в бок и смеется.

Поворачиваюсь, куда указал Тимофей, и вижу Мон. Она с Дэвидом прогуливается по пляжу, в руках у неё бутылочка пива. Алкоголичка – её второе имя. А Дэвид хорош – про Лику и не вспоминает, перекинулся уже на другую мадам – общедоступную.

– Не надо, не зови её сюда, – нахмуриваю брови.

– Пойдем в мой бассейн? Там как раз воду после Моники налили чистую.

– Мм, заманчивое предложение, – обвиваю его шею руками и нежно целую в губы. – Сладенький, как гуава.

– Сочная, как папайя, – парирует он.

– Больше, больше ванильности в наших отношениях! – задорно смеюсь.