Книга Измена. Отпуск с мачо, страница 17 – Рокси Нокс

Я уверен, что она активна и уступчива в интиме. Могу поспорить на что угодно, что муж у неё был единственный партнер за всю жизнь, и мне становится сладко от мысли, что я стану вторым. А я стану. Потому что ловлю на себе Иришкины пронзительные взгляды. На словах говорит одно, а думает – совсем другое. Я давно её раскусил.

Знаю, наглости мне не занимать. Но Иришка будет моей. Весь отпуск, до самого последнего дня. Я вытрахаю из неё обиды на всех мужчин из-за одного-единственного мудака.

Я заказал для неё цветы, но Иришка пока не догадалась, что они от меня. Сюрпризы только начались. Я умею быть обольстительным, и мне даже нравится, что она посылает меня, не стесняясь в выражениях.

Скольжу взглядом по её великолепным ножкам. Гладить руками пока нельзя, но ласкать глазами можно. На одном только предвкушении я смогу долго протянуть. Хотя эта женщина влияет на меня неадекватно. У меня начинается стояк в общественном месте. И всё мне нравится в ней: невысокий рост – едва достает мне до плеча, роскошная грудь с торчащими сосками, крутые бедра. Короткая стрижка и окрашивание блонд. От неё пахнет сексом – диким, ярким, необузданным сексом.

– Купить тебе коктейль, Иришка?

– Уже Иришка? – усмехается. – А мне тогда, как тебя называть – Тимофейчик?

Губки у неё что надо. Представил их на своём члене и чуть не улетел.

– Да как хочешь, так и называй, – милостиво разрешаю.

– Тогда будешь просто Петрович.

– Фу, как какой-то слесарь алкаш.

– А вот слесарей обижать не надо.

– Ладно-ладно, как бомж Петрович. Бомжей обижать можно? Кстати, бездомных на Гавайях огромное количество. Правительство даже пообещало купить им билет в один конец в любую страну, лишь бы свалили.

– И?

– Всё равно остались. Рай им тут.

– Согласна, здесь просто… офигительно, – Иришка смотрит влюбленным взглядом на океан, и я начинаю её ревновать. – Никогда не думала, что попаду на Гавайские острова.

– И вот ты здесь. Веселились, Васильна. Хватит грустить, – легонько толкаю её плечом в плечо.

– Васильна, как какая-то бабка с лавки, – фыркает она.

– Вот пока ты не стала бабкой с лавки,лови момент, – подтруниваю над ней.

Обожаю вкладывать в чужие головы нужные мне мысли. Да, Иришка, пока ты не старуха – оторвись, возьми то, что хочет твоё тело. А оно хочет – я в таких вещах никогда не ошибаюсь.

– Я так всегда делаю, – добавляю игривым тоном.

– Ловишь момент? – сощуривает свои зеленые глазки.

– Конечно, никогда своего не упущу.

– Мы сейчас о чем говорим? – спохватывается Иришка. – Ведь не о женщинах?

– В твоём присутствии готов обсуждать лишь одну женщину – тебя, – шепчу ей ласково.

Иришка вздрагивает и отмораживается от меня. Ну вот, спугнул птичку. А что я такого сказал?

Красивая она, но недолюбленная женщина. Так бы и отлюбил её прямо здесь. Но нельзя, пока нельзя.

– Ир, а чем ты занимаешься по жизни?

– Я работаю пиарщицей.

Внезапно она оживляется, видимо любит свою работу и готова говорить о ней часами.

– Наше агентство делает из обычных людей звезд шоу-бизнеса. Придумываем им всякие трогательные истории, чтобы они были ближе к народу.

– О, как?

– Знаешь, к примеру, Рому Шторм? Якобы он мальчик из детдома, а на самом деле, он отпрыск богатеньких родителей, которые протолкнули его в шоу-биз.

Я не знаю, кто такой Рома Шторм, не слышал никогда о таком персонаже, но слушать Иришку мне нравится. Её кожа слегка подрумянилась от солнца. Да, загар здесь быстро прилипает. И, что радует, никакой красноты не бывает.