Книга Дышать счастьем, страница 20 – Рокси Нокс

— Не раньше, чем через четыре часа, — добивает она.

Совершенно не торопится узнать новости. Может, ошибаюсь, и женщина отнюдь не родственница Александра, а все-таки координатор поиска. Тогда почему так грубо разговаривала со мной? Как бы то ни было, все узнаю через каких-то четыре часа.

Пока ждала оговоренный час, не отрываясь, смотрела на Сашкино фото — то самое из объявления. Какой же красивый! Самый лучший. Пусть он найдется. Из своего телефона удалила все его фото и видео, которые наснимала, а так же нашу переписку — как будто ничего не было. Не хотела случайно натыкаться на фотографии, где мы были счастливы.

Ради встречи с Людмилой отменила все свои дела и перенесла встречу с фотографом на три дня вперед. Считала сначала часы, потом минуты. С некоторых пор не люблю смотреть на время — ненавижу наблюдать за тем, как проходит моя жизнь.

Выезжаю из дома пораньше, чтобы без происшествий добраться до места встречи. Устраиваюсь неподалеку от выхода из метро и верчу головой в поисках женщины. Как я ее узнаю? Нужно было сообщить свои приметы. Почему промолчала, что буду на инвалидной коляске?

Через некоторое время невольно натыкаюсь взглядом на брюнетку в коротком синем платье и с темной, почти черной помадой на губах. У девушки стройные ноги и высокие каблуки. Она тоже вертит головой по сторонам и жует жвачку. Достаю мобильный и набираю номер Людмилы.

— Аллоооу, — звучит в трубке.

— Людмила? Вы где?

— Стою прямо возле станции. Где Саша?! — капризно интересуется женский голос.

Кладу трубку, понимая, что звонила этой самой девушке в синем платье, которая стоит прямо передо мной.

— Это я Вам звонила, — вздыхаю.

Она недоверчиво смотрит на меня, оценивая мой внешний вид, хмурится, морща высокий лоб и, наконец, вопрошает:

— Где Сашка? Кто ты такая?

— Понимаете, я тоже хочу узнать, где он. Умоляю, расскажите мне всё. Вы его сестра?

— Я его жена, — с вызовом отвечает Людмила. — А кто ты такая? Говори быстро, где этот сукин сын?!

Почва уходит из-под ног. Если бы я стояла, то непременно бы упала, ну или осела на землю. Хорошо, что сижу. Очень удобно получать плохие известия, сидя в инвалидном кресле. Не знаю, что и сказать. Но Людмила явно не может пожаловаться на охватившее ее косноязычие.

— Что, язык отсох? Связалась с женатиком и не в курсе? Где этот охламон? Отведи меня к нему, я выцарапаю ему глаза, козлу проклятому. Бросил меня с двумя детьми, за два года ни копейки не дал! С детишками с хлеба на воду перебиваемся, а этот хрен жирует! На счетах ноль, а он на «БМВ» катается! К инвалидке прибился, только чтобне нашли его, подлеца убогого! Ты вот что ему передай: я его найду, и весь долг ему придется выплатить. Там уже много накопилось. Пусть продает свою сраную «бэху» и расплачивается. Это ведь его дети! Ну что ты на меня таращишься? Поведешь к Сашке или как? Ты ему не верь, он только с виду приличный. Все время работу меняет, счета на других людей открывает, лишь бы детям ничего не досталось! Козел он и есть козел, — разъяренная девушка закончила свой монолог смачным плевком на землю.

— Небось и твоей картой пользуется? Своими-то не может, все счета арестованы судебными приставами, — продолжала она.

Отстраненно вспоминаю, что Саша действительно пользовался моей Visa, клал на нее свои наличные и расплачивался по счетам. В кафе, ресторанах и супермаркетах всегда отдавал наличные. Тогда не придавала этому значения, только посмеивалась над ним, что вот, мол, сейчас продвинутые люди телефонами и часами расплачиваются на кассе, а у тебя по старинке всегда живые деньги. Но я-то привычная к его странностям, и пользование моей картой входило в их число.