Книга Отец подруги и я, страница 79 – Рокси Нокс

— Нееет. Только не это.

— Я рад, что ты тратишь деньги с карты, — говорю серьезно.

— Правда? — удивляется. — Месть не удалась тогда.

— Месть за что? — пришла моя очередь удивляться.

— Как это за что? Вспомните последний наш вечер, — фыркает.

— Последние сутки только о нем и думаю, — смотрю в окно на одетые в яркий наряд деревья и пытаюсь представить Ксению. Наверное, стоит в каком-нибудь магазине и разглядывает витрину. Но в этот раз она знает, что может купить себе, что угодно.

— Когда ты приедешь? — спрашивает с надеждой.

— Пока не знаю, будем надеяться, что завтра. Рассчитываю на романтический ужин в твоей новой квартире.

— Ох, это мне готовить придется? Макароны с сыром подойдут? А то я большеничего не умею.

— Так учись, у тебя есть еще сутки в запасе, — смеюсь. — Ладно, малышка, мне пора. Целую. Веди себя хорошо.

***

Я стою в обувном магазине и разговариваю по телефону с Ростиславом. Мне приятно, что несмотря на занятость, он нашел две минутки, чтобы со мной пообщаться. Я ему соврала, насчет того, что не умею готовить. Мама меня с десяти лет на кухню с собой берет, поэтому очень даже умею.

Заканчиваю разговор, и меряю крутые ботинки на шнуровке. Цена, конечно, на них стоит приличная. Но золотая карта Теплобанка покроет любые расходы.

— Беру, — киваю продавцу.

Как круто иметь деньги! Сразу самооценка поднимается до небес.

В руках куча пакетов. Пора заканчивать грабить Теплякова. Отвела душу, называется, теперь бы до дома все это донести. Вызову такси. Но сначала выпью кофе вон в той симпатичной кафешке с желтыми диванами.

Подхожу к кофейне и вижу через стеклянные стены Машу. Она не одна, а с… Владом Востриковым, которого Тепляков с позором изгнал из своей компании. Я подвисаю, силясь понять, что у них может быть общего? Внезапно Влад наклоняется к Маше и целует ее в губы. Его рука на ее руке. Маша не сопротивляется и с жаром отвечает на поцелуй.

Ничего не понимаю. Как же так? Все еще стою перед дверью, не зная, идти или не идти? Встречаться с ними и разговаривать не особо хочется. Маша замечает меня, что-то говорит Владу и идет в мою сторону. Смотрит на множество пакетов, которые я держу в руках, и говорит испуганно:

— Не говори папе, что видела нас. Пожалуйста, Ксю.

— Маш, да как ты можешь с ним общаться после того, что произошло?

— Предлагаю тебе сделку: ты молчишь о моих отношениях с Владом, я не мешаю тянуть из папы деньги.

— Я не тяну, — возмущаюсь.

— Ага, оно и видно, — кивает на пакеты.

Молчу. В кои-то веки она права.

— Я с Ростиславом Андреевичем не из-за денег.

— Ой, Ксюх, не заливай, ладно? Так что? Сдашь меня папе?

— Ладно, ничего ему не скажу, — вздыхаю.

— Поклянись.

— Клянусь, что не скажу, — закатываю глаза. — Довольна?

— Если папа узнает от тебя, — угрожает, — я испорчу твою жизнь.

— А как же Тимур?

— Надоел, — безразлично пожимает плечами. — Я его бросила.

— Ты же говорила, что любишь его?

— А теперь я с Владом. Понятно?

У меня возникла в голове безумная мысль:а что, если Маша закрутила с Владом, потому что он мне нравился?

— Пожалуйста, не пей больше никаких таблеток, — с мольбой прошу ее.

— Не надо включать обо мне заботу. На меня это больше не действует. Пока!

Маша возвращается к своему другу, а я ухожу из ТЦ. Ну почему я их встретила? Что мне теперь делать? Не скажу Ростиславу — вызову на себя его гнев, когда она рано или поздно узнает и предъявит мне, что знала и молчала. Скажу отцу — Маша мне жизни не даст. Я ее не боюсь, но у нее есть рычаги давления на отца. Тепляков любит дочь и на многое пойдет ради ее счастья. Вот что мне делать?