Книга Отец подруги и я, страница 64 – Рокси Нокс

— Можно и так сказать.

— Перестань, слезами горю не поможешь.

Его лицо выглядит усталым. Кажется, он не спал совсем этой ночью.

— Маша пропала. Вытряс у этого мальчишки все, что он знает. Сказал, что как только она увидела нас на высшей точке города в обнимку, выбежала из его машины и скрылась в неизвестном направлении. Я попробовал отследить ее телефон. Но она его выключает. Включит на несколько минут, и потом сразу отключает. Я не знаю, что мне делать, — обхватывает руками голову и в бессилии стучит по рулю. — Где она может быть? Подумай, Ксения.

— Я не знаю. Она шлет мне гневные смс, ненавидит меня.

— Тоже самое, — горько усмехается мужчина.

— Что теперь будет с нами? — спрашиваю.

— Ксения, ты должна понять меня… Мне трудно об этом говорить, но…

— Вы меня бросаете, — киваю и отворачиваюсь от него. Очень больно видеть его лицо.

— Мы временно прекратим отношения. Временно, слышишь? — больно стискивает пальцами мое предплечье. — Подождем, покабуря утихнет.

— Ясно, — говорю безучастным голосом.

— А теперь иди на учебу. И будь на связи. Если что-то узнаешь о Маше — дай знать. Я поехал ее искать.

Киваю и выхожу из машины. Обнимаю себя руками и уныло бреду к корпусу. Вот и всё — он меня только что бросил. Не будет никаких временных расставаний — я же не дура! Он просто дал мне липовую надежду, призрачную иллюзию, чтобы не расстраивалась. Ростислав даже не обнял меня, не поцеловал — вообще никак не обозначил наши, так называемые, отношения.

На лекции не могу сдержать слез и всхлипываю. Преподаватель рассерженно смотрит на меня и говорит:

— Короткова, покиньте лекционный зал. Вместе с вещами. Как решите свои проблемы — приходите.

Я даже благодарна ему за то, что выгнал. Иду в туалет и умываюсь. На лицо страшно смотреть — распухло, как у алкоголички. Пойду домой, чтобы меня никто не видел в таком состоянии.

Едва Каришка взглянула на меня, как сразу все поняла. Без слов отправилась к холодильнику, достала мартини и принялась меня отпаивать. Я была в таком ужасном состоянии, что вермут на меня не действовал, вообще нисколечко.

— Когда-нибудь, это должно было случиться, — говорит Карина. — На что вы надеялась, блин, когда закрутили амуры у нее под носом?! Маша любопытная, и ясное дело, ей стало интересно, что за хрен богатый у тебя завелся.

— Ты ей ничего не говорила?

— Нет, конечно, — возмущается соседка. — Твой папик меня даже подкупил, чтоб молчала. Десять тыщ дал.

— Какая же я дура, зачем с ним связалась? Как его забыть-то теперь?

— Да ладно, может, еще все наладится, — успокаивающе гладит меня по руке.

— Карин, ничего не наладится. Маша сбежала, чтобы его позлить. Сейчас он найдет ее и вернет домой. Как думаешь, что он ей пообещает? Конечно, близко ко мне не подходить. И я одним махом теряю и мужика, и подругу.

— Раньше надо было думать, — говорит Каринка избитую истину.

Можно подумать, я не думала! Но есть некоторые желания, которые сильнее нас. Которые руководят нами и диктуют нам, как поступить. Знала же, чем все закончится, но все равно окунулась в красивый роман с Тепляковым, как в омут с головой.

Вот теперь получай по заслугам!

Ближе к вечеру, когда я уже успела вся издергаться, Ростислав Андреевич прислал мне смс: «Нашел Машу. Она была у своей тети». И на этом всё. Мои вопросы к нему остались без ответа.