Книга Отец подруги и я, страница 48 – Рокси Нокс

— Тебе больно? — хриплю. — Остановиться?

Но вряд ли я уже смогу остановиться…

Ксения отрицательно качает головой и обнимает меня ногами, привлекая к себе.

— Тише, тише, родная. Потерпи, я не хочу сделать тебе больно.

Упираюсь в преграду и, отвлекая ее поцелуем в губы, надавливаю. Она кричит мне в рот, и я останавливаюсь на несколько секунд. Затем потихонькудвигаюсь в ней, сходя с ума от того, как узко у нее внутри! Мышцы плотно обхватывают мой член. Я настолько перевозбужден, что надолго меня не хватит.

— Если хочешь — кричи, — сипло говорю.

Она не кричит, только стонет, и стон этот меньше всего похож на болезненный.

— Мне хорошо, — признается она, прижимаясь щекой к моей бороде. — Оооох. Божеее.

Я ускоряюсь, потому что больше не могу. Жажда оргазма столь сильна, что я вытаскиваю член и, помогая себе рукой, кончаю ей на живот.

— Вот второй раз будем использовать презерватив, — говорю. — Насчет беременности не беспокойся, сейчас я сделал все аккуратно. В тебя ничего не попало.

Встаю с кровати и подхожу к шкафчику, чтобы взять полотенце. Она наблюдает за мной. Член еще стоит колом. Видимо ей интересно посмотреть на штуку, которая только что лишила ее девственности. Пусть смотрит, мне не жалко.

Возвращаюсь к ней и бережно утираю следы страсти. Только потом вытираю себя. На белом полотенце остаются яркие следы крови. На простынь должно быть тоже что-то попало. Ничего, заменю.

— А теперь нам нужна теплая ванна, — говорю. — Ты согласна?

Чувствую себя невероятно. Я только что переспала с мужчиной! «Который тебе в отцы годится», — ехидно подсказывает внутренний голос. Стала женщиной, наконец. И это… это было чудесно. Ростислав Андреевич очень чуткий и нежный. Я думала, что первый секс будет неприятным, но выходит, ошибалась.

Он набирает ванну, точнее джакузи, и несет меня на руках. Опускает в воду и забирается сам. Смущенно опускаю глаза, когда вижу его внушительное хозяйство. Неужели вот эта огромная штуковина поместилась во мне? Как такое может быть?

— Не слишком горячая вода? — заботливо спрашивает мужчина.

— Не, нормально. Я люблю почти кипяток.

Берет губку и вспенивает ее, потом прикасается ею к моей груди и нежно трет. Шею, плечи, живот… опускается ниже и проводит в низу живота. А он шалун…

Тело мгновенно отзывается на ласку. Неужели я хочу еще? Повторить вот это вот все, что было? Наверняка больно уже не будет. Или должно пройти какое-то время?

— Повернись ко мне спиной, — командует.

Трет спинку и смывает с меня пену. Потом ложится и притягивает меня к себе. Я лежу на нем, между его раздвинутых ног, ощущая лопатками мокрые жесткие волосы на его груди. В поясницу упирается что-то очень твердое, догадываюсь что…

Прямо здесь?!

— В воде не будет боли, — отвечает на мой немой вопрос. — Я просто умираю от желания повторить. А ты?

— Я не против, — отзываюсь смущенно.

— Вот и славно. Тогда оседлай меня, как в ресторане на крыше.

Это мы умеем, это мы могём. Блин, одно дело просто тереться об него, другое — чувствовать его в себе. На что я подписалась, ох?

Он сдвигает свои крепкие ноги, и я усаживаюсь на него сверху. Расставляю ноги по обе стороны его бедер.

— Ты же говорил что-то про презерватив, — напоминаю робко.

— Не бойся, я все сделаю аккуратно. Доверься мне.

Приподнимает меня за попу и аккуратно насаживает на свой вздыбленный орган. Мама дорогая! Ощущаю чувство наполненности, нет, скорее переполненности. Судя по тому, как он туго идет, у меня внутри там очень узко. Да и с чего бы быть широко? Я ведь еще ни с кем ни-ни.