Книга Наследница для босса, страница 36 – Рокси Нокс

– Не переживай, – говорит босс, – бабуля умерла в больнице, а не на этой кровати.

– И на том спасибо.

С наслаждением стаскиваю с головы шелковый платок и задвигаю тяжелые фиолетовые шторы. Распускаю волосы и взлохмачиваю их. Босс стоит, сложив руки на груди, и наблюдает за моими действиями.

На стене висит большой портрет в стиле ретро улыбающейся женщины. Наверное, это она и есть – Ясмин Чадаева.

– Красивая, – киваю на портрет.

На ее шее массивное ожерелье с рубинами, в ушах такие же серьги. Выглядит дорого-богато.

– В верхнем ящике стола лежат бабулины мемуары, – говорит Мирон. – Если будет желание почитать перед сном – никто не будет против. Но это скучно, сразу тебе говорю. Бабулян та ещё фантазерка.

– Я разберусь.

Какой там читать? Усну без задних ног. Все-таки надо было сегодня утром подольше поспать.

– Поцелуя на ночь, я так понял, не предвидится? – спрашивает вкрадчивым голосом.

– Думаю, с Галей Вы нацеловались на год вперед.

– Не пори чушь! – морщится Мирон. – Я не целуюсьсо шлюхами. Я использую их губы по другому назначению…

– Без подробностей! – выставляю обе ладони.

– И прекрати выкать, ты сейчас моя невеста, а не подчиненная. Скажи: Мирон, спокойной ночи. И поцелуй меня, – хватает за талию и прижимает к себе.

– Спокойной ночи, Мирон, – говорю, чтобы отстал. – Приятных сновидений.

– Меня тоже противно целовать, как и руку деда?

– Я не привыкла целовать чьи-то руки, – накрываю рот ладонью, пряча зевок.

– Ты могла бы создать видимость поцелуя, просто наклониться и слегка дотронуться губами.

– Вы не предупреждали меня ни о чем таком! Я растерялась.

– Какая же ты непокорная, – горячо дышит мне в шею, и я мгновенно покрываюсь мурашками. – Может, я останусь здесь с тобой? Мм? – внезапно опрокидывает меня на кровать и просовывает колено между моих ног.

Вот это наглость!

Опираюсь на локти и с вызовом смотрю на него:

– Ко мне же бабушка Ясмин придет, уму разуму учить, – закусываю нижнюю губу.

Захотелось с ним немного поиграть. Знаю ведь, что ничего мне не сделает в доме деда. Не посмеет, да и я буду орать.

Босс испускает смешок и давит коленом на мою промежность. Возмущенно ахаю и пытаюсь вывернуться. Но куда там… Схватил за плечи и заставляет смотреть ему в глаза.

– Ты ведь этого сама хочешь, – говорит он.

– Чего?

– Кого. Меня.

– Да что Вы о себе возомнили? Прям сплю и вижу с Вами в одной койке оказаться.

– Ещё как видишь, и знаешь, что нам будет хорошо вместе, – проводит пальцем по моей верхней губе.

– Мгм. Кажется, от Вас до сих пор несет духами Гали, – говорю, принюхиваясь.

Абсолютная ложь. От него приятно пахнет мужским одеколоном. Пытаюсь игнорировать колено, которое всё еще давит мне между ног, но получается плохо. Ерзаю на постели и мучаюсь. Сонность как рукой сняло.

– Что такое? Ты ревнуешь? – издевательски спрашивает Мирон.

– Я Вас умоляю… – фыркаю.

Похоже, все-таки ревную, приручает меня, гад, к своим рукам. Это плохо, очень плохо.

– Хватит, Даша. Или тебе напомнить, как ты кончала в машине благодаря моим пальцам?

– Это была ошибка, – отвожу глаза, потому что стыдно.

Да, он был слишком настойчивый и упорный, но я тоже хороша. А у него там девушка ребенка ждет…

Я, конечно, понимаю, что Мирон Амирович и десять детей сможет содержать, всё равно как-тонеприятно. Хочется быть единственной во всем, но это явно не про Чадаева.