Книга Две полоски для майора, страница 18 – Рокси Нокс

— Танюш, мы потом поговорим, ладно? Сейчас мне нужно идти.

— Вот так просто уйдешь? А как же мы с Андрюшкой? Он ведь теперь по твоей милости инвалид!

Толпа, внимательно слушающая наш разговор, обескураженно ахает. А бомж, который первый полез ко мне в драку, испуганно отползает назад по траве. Ну всё, сделала из меня зверя! А мне правда надо идти, чтобы не сорвать подготовленную спецоперацию.

— Прости. Я вернусь. Позже, обязательно, — выставляю вперед ладонь и пячусь назад.

— Нет! Не нужно возвращаться, слышишь? Мы сами… как-нибудь сами теперь. Забудь меня, Лёша. И прощай! — не разбирая дороги, Танюха бросается бежать прочь.

Хочется погнаться следом, поймать её, прижать к груди, успокоить, но тогда вся моя работа пойдет насмарку. Вот ведь идиот, закрутил роман на работе.

Чертыхаясь, разгоняю любопытную толпу. По рации передаю готовность номер один ребятам. В бинокль смотрю на окна кабинета булочника.

А у самого сердце сжимается от того, что обидел хорошую женщину. Она в драку вступила с заведомо сильным противником, чтобы защитить меня от уличного произвола. А я просто как козлина поступил.

Когда всё закончится, обязательно отправлю ей шикарный букет роз и расскажу, кто я такой на самом деле. Она поймет меня и простит.

Просвирин передает инспектору саквояж и многозначительно кивает. Всё, пора!

Даю команду ребяткам и решительно захожу в булочную, не замечая, что из кармана штанов у меня свисают красные кружевные труселя…

Две с половиной недели спустя. Таня

— Я переспала с бомжом, — трагичным полушепотом сообщаю своей лучшей подруге Маргарите Дмитриевне.

Ритка роняет булку из ослабевших рук на пол и громко чертыхается.

— Ну и шутки у тебя, Рыбкина! Она же была такая вкусная… — с сожалением смотрит на кондитерское изделие, распластанное на полу.

— Я не шучу. Когда я вышла от гадалки, то встретила бомжа и приволокла его в свою квартиру. Отмыла, накормила и… спать уложила на своей постели. На наутро он исчез, прихватив с собой, нет, не все мои сбережения, а трусики, сорванные с меня в порыве страсти.

Я замолкаю, чувствуя ту невыносимую боль, которую испытала, когда Лёшик отказался идти со мной. Выбрал улицу, а не меня. Но это еще полбеды…

Я вчера сделала тест на беременность, и он оказался положительным.

Я не поверила своим глазам, подумала, что бракованный попался. Побежала в аптеку, купила целых десять штук, и все десять оказались с двумя полосками разной степени малиновости. Ошибки нет, я беременна.

Беременна от бомжа, который меня бросил.

Изуродованный Андрюшка уже устал слушать нескончаемые нелестные эпитеты в адрес Алексея и видеть мои горькие слёзы. Он бы сам с удовольствием мне пожаловался на нашего общего друга, если бы умел говорить.

Но я больше не буду плакать, ведь теперь я не одна, а ребеночка под сердцем ношу. Надо думать о здоровье.

Ритка застывает, раскрыв рот, только глазами смешно вращает.

— Пожалуйста, скажи, что ты пошла в стендап и сейчас репетируешь выступление, — ноет подруга. — Это не может быть правдой, Танька! Ты такая благоразумная и правильная, и… бомж! Как?!

— Может, гадалка меня загипнотизировала? — пожимаю плечами.

— Или скорее бродяга тот владеет гипнозом.

— Лёшик владеет другими способностями, — отвечаю с полуулыбкой.

В конце концов, он отец моего ребенка, и я не имею права поливать его говном. Решила, сосредоточиться только на хорошем. А у него руки хорошие и кое-что еще, раз уж ему удалось меня обрюхатить.