Онлайн книга «С любовью, Луна!»
|
— Ты кто такая? — ещё хрипловато, но рычит мне. — Вы знаете, у меня есть правило: если не отвечают на мои вопросы, я даю ответы на встречные. И оно работает. Всегда. Хотя, впрочем, с моими детками по-другому и нельзя. Иначе на голову сядут. — и для полноты картины ещё и плечами пожала. — Какими… детками? — Пф-ф-ф. — выдыхаем и,наверное, нужно начать что-то говорить. А то этот престарелый красавчик здесь за сердце скоро начнёт хвататься, — Меня зовут Виктория Викторовна Лебедева, в девичестве — Степанова. Замужем. Имею троих замечательных детей: Ксению, Екатерину и Мирона. По непонятным мне причинам оказалась здесь. — провожу руками в воздухе, — Теперь же пытаюсь понять: снится мне всё это, или… или я просто схожу сума. — замолкаю и смотрю на произведённый эффект. А он есть! Мужчина бледнеет на глазах. Начинает нервно дёргать галстук и опять тянется за водой. Ко всему ещё и добавляется дрожь в его руках. — Вы знаете, товарищ юрист… — Прекрати меня так называть! — гаркнул мне в ответ так, что я даже подпрыгнула от удивления. — Ладно. — согласилась спокойно, спустя пару мгновений, — Вот только проблема не уйдёт сама собой. Имени своего, вы мне не называет. После моих слов получаю от этого юриста такой красноречивый и «матерный» взгляд, что мне опять становится смешно. — Не действует. — ухмыляюсь и пожимаю плечами на его прищур, отчего его удивление начинает возвращаться опять, — У меня иммунитет на всякого рода «уничтожающие» взгляды. — Ты кто такая? — уже хрипя спрашивает товарищ юрист. — Кто я такая, я уже рассказала. — начинаю опять нервничать от тупости окружающих. А ведь так надеялась, что хоть с этим… не будет проблем, — А вот кто такая Виктория Викторовна, мне почему-то, никто не может толком рассказать! И от этого я становлюсь нервной и раздражённой! Отчего могу опять взять в руки инструмент правосудия! А оно надо вам? — Виктория Викторовна. — тоненький писк моей Дюймовочки Юли прилетает в спину и я резко разворачиваюсь. — Юленька, солнышко, скажи этому непонимающему дяде, что если он мне сейчас всё не расскажет, я стану очень нервной. А ведь я только успокоилась… — замолкаю на полуслове и уже умоляюще смотрю на опять бледнеющую Юлю. Вот только к её бледности добавляется теперь и красноватые ушки. И смущённый взгляд. И нервное дыхание… — Ох ты ж, япона мать! — складываю руки перед собой и смотрю уже на эту картину другим, можно сказать, мамским взглядом. — А, ну-ка, рыбка моя, закрыла дверь и присела на диванчик. Будем разговоры разговаривать. И только Юля начала делать то, что я ей сказала, как и наш товарищ юрист двинулся к диванчику. — Не-е-е-е дружок. Ты, товарищ, присядешь в креслице, — указываю пальцем в другую сторону кабинета, — в другом конце этого кабинета! А если сделаешь ещё один шаг в сторону моей Дюймовочки, то моя бита будет проверять прочность твоих яиц! Мужчина нервно сглотнул и посмотрел на меня уже абсолютно по-другому. Но вот проблема, его взгляд всё время спрыгивал на Юлю, как он не старался его отвести. И быстро бьющаяся жилка на шее выдала его состояние сейчас со всеми потрохами. Хотя держался он достаточно непринуждённо. Вот же кобелина! Какая же у них разница? Мне даже нехорошо стало как-то. А учитывая, что у меня тоже растут девочки… А если и у них появиться… такая любовь? |