Книга Я слежу за тобой. Не бойся., страница 73 – Олли Серж

— Это я бы решил.

— Ты не собирался мне говорить, что она твоя дочь! — Поражает меня догадкой! — Ты бы все обставил так, что я бы снова решила, что ты — герой. А как быстро ради девочки я бы сказала да…

Резко разворачиваюсь. Внутри меня все кипит от обиды.

— Ты жестокий манипулятор, Макар! Мой ответ — нет! Ясно?! Знакомься с дочерью сам! Налаживай контакт! А вопрос с усыновлением я решу! У Маши не было медицинской справки. Я ее сделала, но ещё не передала! Это затянетвопрос передачи опеки на несколько месяцев!

Взгляд Макара становится ледяным.

— Значит, ты отказываешь мне в помощи. Я правильно понимаю? А я думал, что мы вчера решили быть семьей.

— Семья, Макар, так не поступает! Они не врут друг другу! Что от тебя ждать? Я не знаю! А ты хочешь, чтобы я доверила тебе двоих детей!

Обхожу его, сбрасываю одеяло и начинаю поиски одежды. Влезаю в растерзанное платье. Остальная одежда внизу.

Беру телефон. На нем несколько пропущенных от завуча по воспитательной и сообщения от Вики. Сначала о том, что они с Мишкой в саду, а потом о том, что ее поставили вести мой урок у седьмого класса.

Черт! У них же проверочная работа должна была быть! Меня точно уволят! На этот раз справкой из больницы не прикроешься. А вообще, если поспешить, то я вполне успеваю ко второму.

— Я могу попросить кого-то отвезти меня на работу? — Спрашиваю у Созова подрагивающим голосом.

Он, не заботясь о моем комфорте, достает сигареты и начинает курить в окно.

Подождав ответ несколько секунд, хмыкаю.

— Ясно.

Уже собираюсь выйти из комнаты, попутно размышляя на сколько далеко от поселка автобусная остановка или мне придется ехать до метро на такси, как вдруг на пороге меня останавливает голос Макара.

— Мать Маруси убили. Мои враги. Они не знали о ребенке, потому что она родилась раньше срока и лежала в реанимации. Я не мог ее забрать. Я сделал все, чтобы ее жизнь была замечательной, нанимал сам педагогов и психологов в интернат, под эгидой меценатства, конечно. Не смотрел даже фото дочери, потому что боялся сорваться. Или выделить ее в момент визита. За мной постоянно наблюдали, Марина.

Хрипота и надрыв в его голове подсказывают мне, что сейчас для Сизова случился акт самонасилия. Ему невероятно тяжело оправдываться или объяснять перед кем-то свой выбор. Но то ЧТО он говорит, добивает меня в состояние шока окончательно.

Оборачиваюсь и смотрю ему в глаза.

— А сейчас?

— А сейчас я ни с кем никакими делами не связан.

— Это слишком обтекаемый ответ….

Макар усмехается.

— Я уже отвечал, что рядом со мной вам будет безопаснее. Потому что если я кому-то и нужен, то они уже точно поняли, где мое слабое место.

— О Господи… — шепчу, наконец, осознав весь масштаб проблем, в которые попала.

Колени подгибаются. Я прислоняюськ стене и стекаю по ней вниз. Перед глазами проносится вся жизнь. Сын, мама, какие-то мечты, Маша…

— Ты так себя ведешь, будто я умер, — хмыкает Сизов. — Не бойся. Боженька меня к себе не забирает. Нахер я ему не нужен. А в аду конкуренты не нужны…

— Что ты несешь, Макар!? Это же не смешно! Это страшно! Ты сначала втянул нас, а теперь хочешь втянуть еще одного ребенка!

Сизов разводит руками.

— Ты права. Знаешь, я ведь и сам полностью разделяю твое мнение. И совершенно не хотел выходить из тюрьмы. Маша бы после моей смерти получила большое наследство. Но твое появление… Оно вселило в меня надежду, что ещё может быть, я поживу.