Онлайн книга «Я слежу за тобой. Не бойся.»
|
Его темные глаза вспыхивают золотыми искрами пламени, будто намекая, что их владелец не совсем человек, а тот, кто сделал шаг за черту… Попасть под этот взгляд — испытание не для слабонервных. А я — слабонервная! И у меня истерика. Хоть и первая пелена шока прошла. Где тот нежный и внимательный мужчина, что общался со мной по телефону? Позволял чувствовать себя самой великой ценностью, восхищался красотой! Разве этот сжатый в тонкую линию, перекошенный ухмылкой рот мог читать стихи? Пусть из школьной программы! Но… Я была под глубоким впечатлением, а теперь вообще думаю, что моей изголодавшейся по ласке голове все просто приснилось! Подсознательно, как бы это не объясняла, я шла сюда именно к тому Макару, который своим спокойным голосом вселял в меня надежду на завтра. На то, что тучи на самом деле всего лишь облака, а деньги — это ценные бумажки, но они не ценнее моих слез. Волновался за маму. Успокаивал… И того Макара, от голоса которого я улыбалась, я бы поцеловала не задумываясь! Каким бы он не был! А сейчас стою и испытываю самое настоящее глубокое отвращение. До тошноты… — А если ты откажешься… — разводит руками Макар, — то твой драгоценный муж посидит с бомжами в каталажке ещё двое прекрасных суток. Как ты считаешь? — Усмехается. — Что бы выбрал твой муж? Продать твои губы за свободу другому мужику или предпочел бы сидеть, но оставил бы твои губы только себе? Ммм? — У Валерия аллергия на сырость, — шепчу подавлено. — Начинает слазить кожа. Это вопрос здоровья. Нужны мази. А меня не пустили… — Ну тогда он точно не простит тебе, если узнает, что его свобода стоила одного маленького поцелуя. — Продолжает измываться надо мной Макар. — Даже не секса. Так! Пустяка… — Это не пустяк, — шепчу, чувствуя, как в носу начинает щипать от слез. Разочарованиев Макаре дается мне больнее, чем принятие всех проступков мужа. Может быть потому, что очарование Валерием прошло давно и постепенно, а эту мою влюбленность, восхищение человеком решили отобрать слишком резко и жестоко? — А для меня тоже не пустяк. — Склоняя голову, прищелкивает языком Макар. — Заметь! Я очень высоко ценю твой поцелуй. В целые два дня жизни с любимым человеком! Он же любимый да? Ради любимых женщины готовы заплатить ещё и не такую цену! Отдать свою жизнь! Все за семью! Меня начинает трясти так, что зуб на зуб не попадает. Зачем он так со мной говорит?! Это какое-то моральное насилие! Зачем? Я и так уничтожена… — Хорошо… — часто сглатываю, стараясь смочить пересохшее горло, — Я вас поцелую. Только замолчите. Пожалуйста! Больше ничего не говорите! И пока не передумала, делаю вперед несколько шагов, которые сокращают расстояние между мной и Макаром до нескольких миллиметров. Сердце колотится так сильно, но трудно дышать и кружится голова. Я не целовала никого, кроме мужа. Никогда. Я не целовалась с мужем последние пол года! Не уверена, что вообще помню, как это делается! Встречаемся с Макаром взглядами. Внезапно его глаза перестают казаться мне полыхающим адом, наоборот — они становятся медово-золотыми. Глубокими. Как нежный омут, который обещает сладкое падение. Закрываются. Моя картинка тоже теряет фокус. Так проще. Сделать это и все! Задержать дыхание, отключить все эмоции… Но едва я только наклоняюсь и собираюсь прикоснуться к губам Макара своими, как неожиданно оказываюсь упакована на мужские колени и вжата в крепкое тело. |