Книга Я слежу за тобой. Не бойся., страница 19 – Олли Серж

Дом, наконец, затихает.

Сына я к удивлению нахожу уснувшим рядом с мужем на диване.

В другой день меня бы это умилило и дало надежду, но сегодня не вызывает ровным счетом ничего. Валера, как вечно нашкодивший ребенок, начинает что-то делать, только когда понимает, что зашел за черту терпения.

Маме я даю успокоительное и тоже отправляю спать.

Не хочу никаких разговоров. Не могу больше. Мне нужно подумать, как нам всем жить дальше.

Наверное, на ремонт котла можно попросить у родителей Валерия. Но гарантии, что у них есть деньги, нету никакой. Все-таки старикам уже за шестьдесят. Конечно, сейчас мне хочется потратить все последние деньги зарплаты на съемную квартиру и уйти от мужа. Но понимая последствия этого поступка, я осознаю, что к разводу ещё не готова. Ни финансово, ни морально.

Это… как расписаться в своей ущербности. Писать в документах на сына, что семья неполная. Чувствовать косые взгляды. Где-то жить…

Глупости? Возможно. Кажется, как женщина, я просто уничтожена, а то самое, когда сработает инстинкт самосохранения, пока не случилось.

Захожу в спальню, наконец, снимаю свой учительский костюм и понимаю, что больше сдерживаться просто не могу. Опускаюсь на кровать, обнимаю подушку и начинаю рыдать. С соплями, иканием, как положено. Смахиваю с тумбочки нашу с Валерием свадебную фотографию, прячу ее в стол и вдруг останавливаюсь, замечая,что на моем окне нет штор.

Точно… мама же говорила, что постирала их. А достать не успела.

Уже не переживая, что стою перед окном в одном белье, подхожу к стеклу ближе.

Интересно, этот человек сейчас меня видит? Что он думает?

Кладу руку на окно и вдруг слышу телефонный звонок.

Номер скрыт.

Мое сердце начинает стучать пульсом в ушах. Это он?

Не может быть… Скорее всего, опять мошенники будут что-то продавать.

— Алло… — я острожно подношу телефон к уху.

— Ты плачешь, — слышу в динамике незнакомый бархатный голос. — Расскажи мне, что случилось. Я помогу.

Макар

— Это тебе на чай, — шлепаю конвойному купюру на стол. — Свободен.

Ухмыляясь, парень забирает деньги и выходит из моей одиночки.

— Не дебоширь…

На хер иди!

Откручиваю крышку у бутылки и делаю несколько больших глотков прямо из горла.

Вискарь обжигает горло. Дыхание перехватывает. Вжимаюсь носом в рукав, чтобы продышаться.

Гребаное дешевое пойло!

В другое время я бы к нему даже не притронулся, но сегодня мне так херово, что терпеть сил больше нет. Хочется выспаться и забыться.

Закидываюсь ещё одной порцией вискаря но, случайно бросив взгляд в темное окно за решеткой, вдруг закашливаюсь.

На мгновение мне кажется, что это пьяный мираж, но нет. В окне Марины снова больше нет штор!

Сердце начинает биться чаще.

Тяжело сглатываю алкоголь.

Это что-то значит? Это для меня? Или случайность?

Хватаю в руки телефон и настраиваю зум камеры.

В квартире на четвертом этаже происходит какая-то нездоровая суета. Праздник? Слишком много людей. В световом облаке мельтешат тени. Мне плохо видно остальные комнаты квартиры, в обзор попадает только та спальня, что в торце дома.

Я не отключаю камеру ни на секунду, надеясь увидеть Марину поближе. Даже трезвею, будто только что не всосал пол бутылки.

Давай, красивая, покажись мне! Включи свет. Я хорошо себя вел, не пугал. Ты должна была успокоиться.

Пожалуйста…