Книга Любовь без памяти, страница 16 – Олли Серж

— Пойдём, моя хорошая, — горячо шепчет мне в губы муж. — Сюрприз не отменяется. Ты просила помочь тебе все вспомнить. Я хочу сначала помочь тебе вспоминать «нас»…

Демид

Она вспомнит. Она должна вспомнить, потому что это был очень важный для нас день. Я же помню его, как сейчас…

Как катал ее на санках, честно взятых у местных пацанов за сто рублей на пол часа, как мы вывалились в снегу, а потом поняли, что ближайший автобус будет только через час. Мы были мокрыми насквозь!

Одежду Любы нужно было срочно просушить.

Я не нашел ничего лучше, как затащить свою девчонку в местный дом культуры, куда в школьные годы ходил заниматься гитарой. Я был уверен, что вахтерша тетя Люся не прогонит нас, и даже, может быть напоит чаем, но совершенно не подозревал, что туда на время ремонта перевели загс.

Это как раз была суббота — день бракосочетаний.

Под сводами старой, чисто косметически отреставрированной купеческой усадьбы невесты в своих белоснежных платьях выглядели настоящими королевами, сошедшими с картин. Люба была под большим впечатлением. Она тогда мне заявила, что у нее тоже будет здесь свадьба. Что она потушит весь верхний свет и вернет в конделябры свечи. Вернет на окна тяжелые гардины. Столы накроют прямо в холе. Будет фуршет, потому что сидеть за столом сейчас не модно, а пригласит она только самых близких: родителей, несколько школьных подруг и…

Я падаю в воспоминания ещё глубже.

— А меня не позовешь? — Спросил я тогда с обидой и вызовом. Да как она вообще посмела не добавить в свои мечты меня?

— Посмотреть, как я буду выходить замуж? — Прищурилась хитро эта зараза и тут же, слава Богу, сжалилась над поим почти разбившимся сердцем. — Просто позови меня замуж первым! Тогда точно будешь присутствовать.

Я тогда пообещал ей, что буду первым у нее во всем. И чтобы даже думать иначе не смела… А через неделю я выпросил у матери бабушкино кольцо, чтобы сделать Любе предложение…

— Димид, — трогает меня Люба за рукав. — Ты чего? Шел, шел и замер… Забыл что-то? Мы не туда пришли?

— Нет, — отвечаю хрипло, приходя в себя. — Нам в это здание.

— Оно же закрыто! Посмотри! Там двери заколочены!

— Пойдём… — я все равно тяну ее к бывшему дому культуры.

Помогаю подняться по обледенелым ступенькам и, в общем то, без всякого труда отдираю сначала доски от двери, а после, немного помучившись, снимаю и ржавый замок.

Достаю из кармана и зажигаю тактический фонарик. Его хватает,чтобы осветить парадный холл и центральную лестницу.

— Как здесь красиво, — восторженно оглядывается по сторонам Люба. — Погоди… — начинает улыбаться. — Это же… как его? Диггеры так обычно делают: забираются в старые дома. А потом продают всякую винтажную мелочевку на аукционах. Я так один раз купила сервиз, как у твоей… — она вдруг осекается и, сверкая на меня своими стеклянными глазами, впивается в мою руку. — Демид! Я же знаю это место. Я его рисовала. Много раз рисовала и даже приезжала один раз! Ооо… — хватаясь за голову, пошатывается Люба.

Искренне испугавшись за ее здоровье, я поспешно вывожу свою женщину обратно на улицу.

Бледная… жадно дышит.

Ты — идиот Сапсай! Чертов эгоист. Нахер устраиваешь ей такие эмоциональные качели?! Чтобы у нее крыша поехала?

На мгновение Люба закрывает лицо ладошками, а потом вдруг поднимает на меня глаза.