Книга Даже если ты уйдешь, страница 31 – Лия Султан

— Слуховой проход правильной формы, чистый, красивый. Барабанная перепонка целая, неизменная, без признаков каких-либо воспалительных процессов, — прокомментировал отоларинголог. — Давайте горло посмотрим.

— И мы, наконец, дошли до самогоглавного, — съязвила Эсмигюль.

— Вы всегда такая разговорчивая? — усмехнулся Муслим и снова отвернулся.

— Да.

— Ну тогда сейчас просьба чуть помолчать и открыть рот шире. И не напрягайтесь.

В одной руке мужчина держал медицинский шпатель, в другой — новую насадку, которую и ввел в глотку. Осматривал долго и тщательно, и находился так близко, что Эсми невольно смогла рассмотреть его брови, черные ресницы и тонкие морщинки вокруг глаз. Ей показалось, что он слишком близко. Непозволительно даже.

— У вас тонзиллит, — вынес вердикт он.

— Это что такое?

— Это, Эсми, — инфекционное заболевание, при котором воспаляются небные миндалины. Смотрите на экран. Вот видите миндалины. Они по строению пористые, а при воспалительном процессе в них скапливается огромное количество бактерий. Лакуны забиваются жидким гноем, или пробками. Отсюда у вас дискомфорт, першение, стекание мокроты по задней стенки.

Он вытащил прибор, убрал его на место, после чего пододвинул ногой круглый крутящийся пуф и сел на него, оказавшись на одном уровне с ней.

— И что теперь делать? — расстроилась Эсмигюль. — Мне некогда болеть.

— Ну а кто любит болеть? — усмехнулся Муслим и взгляд его стал мягче. — Рекомендую вам промыть миндалины. Есть у нас такой чудо-аппарат — тонзиллор. Промываем с помощью специально отсоса и ультразвука. Процедура безболезненная, понадобится от трех до пяти сеансов.

— Три-пять? Это каждый день ходить надо?

Муслим взглянул на нее напряженно и удивленно, а Эсми вся сжалась от ощущения, что выставляет себя полной дурой.

— Ну да, — ответил доктор.

— Ой, ладно, — шумно вздохнула Эсмигюль. — Давайте. Если это хоть как-то облегчит мои страдания.

Муслим вызвал медсестру, которая быстро подготовила Эсми, набросила на нее одноразовую голубую накидку и дала специальную металлическую емкость. Ее доктор велел держать перед собой. Сам же он надел на голову налобный рефлектор с фонариком, включил его и взял в руки новый прибор, еще толще и замысловатее предыдущего

— Рот откройте шире, горло расслабьте. Вот так, да. Молодец.

Но молодцом она была недолго. Почувствовав в гортани инородный предмет, из которого еще и забрызгала вода, Эсмигюль вся напряглась и поняла, что начинает задыхаться. Но тут настигла другая напасть, а именно рвотный рефлекс.Во время процедуры Эсми вывернуло прямо в лоток, а из глаз полились слезы.

— Ничего страшного. Такое бывает в первый раз. Давайте еще пару раз.

— Еще пару раз? — сипло воскликнула она. — Смерти моей хотите?

— От этого еще никто не умирал, — сказал он, глядя ей в глаза. Эсми быстро отвела взгляд, потому что смутилась, потому что что-то кольнуло в груди и ей это не понравилось.

Когда все закончилось, она протерла салфетками рот и нос, скомкала их и бросила во все тот же лоток.

— Как ощущения?

— Вы знаете, как будто бы лучше, — честно ответила она.

— На самом деле облегчение наступает после первой же процедуры. А завтра вообще будет хорошо.

— Поверю на слово, — Эсми встала, поправила блузку, а когда вновь взглянула на врача, он уже сидел без маски, перчаток и рефлектора и заполнял расчерченный бланк. — Сколько я вам должна?