Книга Моя нелюбимая девочка, страница 50 – Лия Султан

-Нет, все нормально. Просто…я не ожидала, что у нее будет такая тяжелая реакция на расставание.

Боже, Саба, надеюсь ты не растрепала жениху всю правду обо мне и Аслане.

-Не знаю, что сказать, Сабин. Но я думаю, Ирада сильная и даже такое переживет.

-Переживу, конечно, - толкнув дверь, вхожу на кухню, а они сразу же замолкают и смотрят на меня сочувственно. - Все нормально, я жива-здорова. Я же кошка Нариман, ты не знал? Три жизни уже использовала, осталось еще шесть.

Сажусь за стол рядом с сестрой. Напротив нас - мой будущий зять и просто хороший человек Нариман. Может, и я когда-нибудь встречу нормального парня, с которым все будет понятно и спокойно? -

-Две, - поправляет Сабина. - Ты всегда говорила про две жизни.

-Уже три, - хмыкаю я.

-Ну хорошо, - вздыхает сестра и встает.- Налью тебе чай. Ешь ватрушки. Свежие.

-Ммм, - шумно потянув носом, беру с тарелки одну, - когда ты только успела, Саба?

-Это не я, - смеется, обернувшись через плечо. - Это Нариман принес.

-Вот спасибо, добрый человек! - хвалю будущего родственника.

-На здоровье, - отзывается он, улыбаясь.

-Что-то планируешь на день рождения? - поставив передо мной кружку, спрашивает сестра. Я и забыла, что у меня скоро праздник. Он будет за неделю до свадьбы этих двоих, и сейчас я не хочу его праздновать

-Дома буду. Включу какой-нибудь фильмец, нажрусь конфет и пойду спать в десять.

-Как скучно. Я думала, хоть подружек подружек позовешь, - говорит Сабина и садится рядом с женихом.

-Может и позову. А может и нет. Но вас - вообще без разговоров.

-Ну нам-то отдельное приглашение не требуется. Нас звать не надо, мы сами придем, - усмехается сестра, а я задираю голову и начинаю звонко смеяться.

-Ой не могу! Мы наконец-то научились шутить! Нариман, ты на нее хорошо влияешь! - вытирая слезы, говорю я.

-Так я стараюсь, - Нариман притягивает Сабину к себе и целует в щеку. Какие они все-таки милые, слов нет. Вот и они скоро поженятся и будет у моей королевы свой хэппи-энд.

***

Первые дни меня ломало. Я вздрагивала, когда звонил телефон, потому что думала,что это он. Сама несколько раз порывалась ему написать, но вовремя одергивала руку. Хотела услышать его голос и как последний нарик, слушала голосовые, которые он присылал мне в течение двух недель.

Две недели. Всего четырнадцать дней. Ничтожно мало и одновременно так много, чтобы по уши влюбиться и раствориться в человеке. Еще болит, ноет, кровоточит. Хорошо, что не гноится. Думать о нем днем мешает работа, которой внезапно стало больше, а вечером то сестра с племянницей, то подруги. Из Дубая прилетела Аружан и тут же взяла меня в оборот. Пришлось рассказать ей, Афине и Камилле о моем романе с Асланом. Девки, как те ежики, плакали, кололись, матерились, но продолжали есть кактус и твердить, что ничего романтичного в жизни не слышали. И это было бы романтично, если бы не так трагично, ведь по ночам, когда я остаюсь одна в большой квартире, меня выворачивает от тоски и разочарования. Вою в подушку, чтоб не разбудить соседей, потом долго лежу, свернувшись клубочком, вспоминаю его и наши беззаботные дни вместе. Тело и душа рвутся к нему, только разум останавливает.

Через несколько дней я приезжаю в школу Зары с готовым планом и стратегией. Он был у меня в приоритете, так как я хотела побыстрее с ним разобраться, передать ей и слиться. Да, именно так. Я даже нашла коллегу, которая могла бы сделать все на отлично. Но Зара мои старания не оценила.