Книга А мы любили, страница 9 – Лия Султан

“Сколько ей сейчас? — подумала Джамиля. — Кажется, чуть за 30. Хороший возраст. Можно, и второго родить”.

Перед глазами встал образ их малыша и Джама, зажав рот, снова замычала.

— Жаным, жаным, не плачь, — Санди обняла ее и провела ладонью по волосам. — Понимаю, это больно. Но что поделать?

— Да, жизнь продолжается. Мы в разводе. Он имеет право на счастье, на новую семью. Но Санди, — Джамиля отстранилась и впилась зубами в нижнюю губу. — Их сыну год. Она переходила с ним… стимулировали роды.

— И?

— А мы с Даниалом развелись полтора года назад.

Полминуты Санди переваривала информацию, вычитая и прибавляя в уме.

— Вот чёрт, — только и смогла выдохнуть она.

— Он спал со своей ассистенткой, когда мы все еще были женаты. Наверное, я сама в этом виновата.

— Что ты? Нет, конечно! — с жаром возразила Сандугаш.

— Моя депрессия, которая чуть не довела меня до Каблукова(психиатрическая больница в Алматы на улице Каблукова. Горожане используют устойчивое выражение: “Тебе пора на Каблукова” (тебе надо в психбольницу). Провалы в памяти, агрессия. Я была тогда сама на себя не похожа. И чувствую, окружающие мне не все рассказали. От меня в те дни только тень осталась.

— Ты же ходила к психологу.

— Ходила, но кажется,от него только стало хуже. Потом дочка нашла мне другого, и именно он мне и помог.

— М — да, вот ведь не угадаешь, — покачала головой подруга. — Получается, пока ты боролась с депрессией, Даниал трахал секретаршу. Молодец, блин, ничего не скажешь.

— А может, все началось еще раньше? — шмыгнула Джамиля. — Знаешь, эта Риана… она всегда была рядом. Такая исполнительная, оперативная, лояльная. Сопровождала его на встречах, ездила с ним в командировки, а когда умер Закирка и я слегла, она еще и решала наши организационные вопросы. Господи, она ведь даже приходила к нам домой, привозила мне лекарства. сочувствовала, мы даже разговаривали. И я была так ей благодарна. Говорила, что ее сам Бог послал.

— Вы слишком близко подпустили ее.

— Я всё прошляпила, — пальцами Джама зачесала волосы назад и замерла, не убирая рук с головы.

— Не вини себя. Ты пережила горе, шок, депрессию. Ладно она — может, спала и видела, как запрыгнуть к нему в койку. Но он…

— Господи, сын, — горько усмехнулась Джамиля. — У Даниала сын. Почти как наш мальчик. Почему, Санди? — она повернулась к подруге. — Почему моего малыша нет со мной, а у Даниала теперь сын?

Подруга не могла ответить на этот вопрос и снова обняла Джамилю. Потом она отвезла ее в гостиницу, помогла собраться и проводила в аэропорт. А уже в самолёте Джама все думала, думала, думала, прокручивала в голове кадры из прошлого — то, что по крайней мере запомнила ее память.

Через шесть месяцев после смерти Закира

— Джамиля, здравствуйте!

На пороге гостиной робко стояла Риана. Она сжимала сумку и смотрела с сочувствием на жену босса. Та полулежала на диване, укрытая пледом и смотрела в панорамное окно. За окном шел снег — белый, чистый, красивый. Он и завораживал, и угнетал. Ведь Закир родился в снегопад.

— А, Риана, привет, — бесцветно произнесла хозяйка.

— Я привезла ваши лекарства. Домработница их забрала, а я просто зашла поздороваться.

— Проходи.

Риана прошла, села на краешек кресла напротив и положила сумочку на пол.

— Как вы? — участливо спросила девушка. Голос у нее был тихий, приятный, мелодичный.