Книга Я хочу быть твоей единственной, страница 20 – Лия Султан

Я всегда хотел, чтобы люди, которых люблю, были довольны и счастливы. Поэтому для меня не было проблем отдавать, дарить им то, что у меня было. Ведь мне одному столько не надо.

Но мне хотелось и получать, а не быть только решалой. И вот я стою на пороге полтинника. И то ли у меня запоздалый кризис среднего возраста, то ли я реально старею, но сейчас я все больше задумываюсь о смысле жизни и любви. Почему-то кому-то она приходит в руки, как Дар Божий. А кто-то, как я мается, принимая за любовь не то, что есть на самом деле.Тем обидней разочаровываться.

Наливаю себе кофе и включаю телефон. Подсчитываю, что у Рафы сейчас вечер и звоню ему по видеосвязи. Мой мальчик быстро берет трубку и машет здоровой рукой.

-Пап! Привет!

Тоже поднимаю руку и улыбаюсь. Горжусь им. Горжусь даже нами с Гулей, что мы вырастили сына в более или менее нормальной среде. Не считая наших споров.

-Ну как дела? Не обижают?

-Ты серьезно сейчас? - хмыкает сын. - Пап, здесь diversity (разнообразие). Все прям такие милые с инвалидами, будто мы детском саду. О, мне предлагали кстати забить…

-Так, мы с тобой уже говорили об этом, но я повторю, - хмурюсь и включаю строгого батю. - Никакой наркоты, никакого лигалайза и пирожных с сюрпризом.

-Так откуда я буду знать, что они с сюрпризом? - ржет Рафа.

-Ну ты понял.

-Еще как! Слушай, пап, а как мама?

-Нормально, а что?

-Да она что-то не звонила два дня. Я думал, может, болеет.

-Не знаю. Напиши ей.

-А у вас что опять война? Или молчанка?

-Нет, - хмурюсь. - С чего ты взял?

-А чё ты такой злой?

-Не выспался.

-Ааа. Пап, - замялся он после недолгой паузы, - ты маму не бросай, пожалуйста. Она, конечно, специфическая и любит драму. Но она просто растеряна.

-А знаешь ли ты, сынок, - тяжело вздыхаю, - что основная причина дури в голове у женщины от безделья?

-Не знал.

-Теперь знаешь.

-Ну я тогда умываю руки, - он выставляет ладони вперед, - то есть руку. Я просто хотел попросить не жестить с ней.

-Я не жестю…жесчу…короче, нормально все! - рявкаю по-доброму, а сам думаю, что все-таки позвоню ей. Гуля хотела в прошлый раз поговорить, но мне позвонили с завода и я уехал, оставив ее дома. Видимо, теперь не отвертеться. Набрал ее назначил встречу на воскресное утро.

Фархат

-Итак, я тебя слушаю, - сажусь за стол, складываю руки и смотрю на Гульнару. Вот тоже красивая женщина, а у меня внутри полный штиль.

-Спасибо, что приехал, - театрально вздыхает, садится напротив, изящно забрасывает одну ногу на другую.

-Пожалуйста. Так что надо?

Не знаю, что больше меня раздражает: то, что Гуля несколько лет назад выносила мне мозг истериками и требованием увеличить содержание, или что за полгода до отъезда сына она внезапно переобулась и стала сначала спокойной, а потом нарочито милой? Изначально мы предполагали, что Рафаэль будет учиться здесь, под нашим присмотром. Это значило, что я продолжу всё оплачивать не только ему, но и его матери. Однако мальчик ловко нас обвёл, но, как сейчас говорит Гуля, совсем не подумал о матери.

-Рафаэлка уехал, я осталась одна и ты говорил как-то…

Ну вот опять она называет сына, как конфеты с кокосом. Сколько раз просил так не делать. Нет же. Гуля томно вздыхает, глаза в пол опускает. Не действует нифига. Только раздражаюсь.

-Ты говорил, что когда он станет совершеннолетним, ты перестанешь платить. Но вот уже три месяца ты все-таки платишь.