Книга Я хочу быть твоей единственной, страница 10 – Лия Султан

-Мне действительно понравился ваш ресторан, - говорит он неожиданно после недолгой паузы.

-Правда? - так вышло, что мы повернулись друг к другу одновременно.

Нос приятнозащекотал запах его парфюма. Я даже его узнала - выбирала однажды для отца подарок и мне попался именно этот - “Армани” - свежий, как средиземноморский бриз. Папе я тогда купила другой, но эту воду хорошо запомнила.

-А почему нет? Все объективно было вкусно, - похвалил он и я заметила, как вздрогнули уголки его губ.

-Спасибо, я передам нашему шефу.

-Передайте, - он посмотрел на часы, а я перекинула сумку на локоть и мы случайно задели друг друга, когда он опустил руку. Да, подчеркну, это было случайно, но мы снова на пару секунд столкнулись взглядами и неловко улыбнулись. Не понимаю, почему я теряюсь в его присутствии, почему меня внезапно бросает в жар и дышать тяжело, почему щеки покалывает от смущения каждый раз, когда он оказывается рядом?

-Погодка у вас, конечно, - хмыкает Фархат.

-Дождливо. Осень в Астане начинается рано.

-Я заметил. В Алматы до сих пор солнечно и жарко.

-Ох уж этот вечный спор, кто лучше, да?

-Ничего не могу с собой поделать, - пожимает плечами и вновь поворачивает голову ко мне. -Я коренной алматинец. Мой прапрадед был ремесленником в Татарской слободке, когда город еще назывался Верным.

-Поэтому вы назвали так своего коня.

-Нет, не поэтому, - смеется он. - Он очень борзый и никто с ним не мог поладить.

-Кроме вас?

-Кроме меня, - утвердительно кивает. - И на удивление вас.

Ничего не успеваю ответить, потому что двери разъезжаются на первом этаже. Фархат касается ручки чемодана и спрашивает:

-Вы не выходите?

-Моя машина в подземном паркинге. Мне ниже.

-Тогда всего хорошего, Сая, - легкий кивок на прощание, и вот он уже выходит из лифта и идет к стойке ресепшена. Я осталась одна в кабине, в которой странным образом сплелись его морской и мой цветочный ароматы. Прижавшись спиной к холодной зеркальной стене, кладу руку на грудь и чувствую, как сердце бьется быстрее обычного. Дышу медленно, закрываю глаза, улыбаюсь и говорю себе: “Он - не тот. А я - не та”.

Домой после рабочего дня возвращаюсь поздно. Шикарная, просторная, светлая квартира встречает тишиной. Я одна. Как всегда. Как вчера, позавчера и неделю назад. Меня никто не ждет и я ни к кому не спешу. Но дома, особенно сегодня, хочется услышать родной, любимый голос, и я звоню ему.

-Саечка, - чувствую, как радуется и на душе сразу теплои спокойно.

-Привет, папочка, - шепчу ему в трубку.

-Ну как, моя девочка, всех сегодня довела, или кто-то еще выжил? - издевается он.

-Обижаешь. Конечно, всех, - тихо смеюсь. - Как ты? Как Мира?

-Мы с Мирочкой собираемся смотреть кино. У нас теперь что-то вроде традиции субботним вечером, - по голосу слышу: доволен, как слон.

-Это Сая? - слышу голос мачехи. - Да? Сая, привет!

-Ты на громкой, дочь, - сообщает отец.

-Привет, Мир! Как ты?

-Отлично. А ты?

-Потихоньку. Что будете смотреть?

-“Осень в Нью-Йорке”, - отвечает Мира.

-О, Ричард Гир, - вспоминаю, что маме нравился этот актер.

-Да, люблю этот фильм. Хоть он и грустный.

-Пап, ну держись, - смеюсь и одновременно радуюсь за отца, за то, что он больше не один. Год назад папа женился на Меруерт Асхатовне - педиатре моей племянницы Сафии. Я же из-за своего скверного характера поначалу приняла Миру в штыки и даже нагрубила ей на семейном ужине, за что отхватила от папы. Он был вне себя от гнева. Просто раньше в моей картине мира папа должен был любить маму до конца своих дней. А ведь ее нет уже одиннадцать лет. Все эти годы я боялась, что в его жизни появится женщина, которая сотрет ее светлый образ из его памяти, ведь они так сильно любили друг друга.