Книга Две жены моего мужа, страница 89 – Лия Султан

В центре перинатологии и детской кардиохирургии меня направляют в отделение, куда увезли Линару и сказали подождать врача. Прошел примерно два часа, прежде чем ко мне вышла врач и удрученно посмотрела на меня и спросила?

— Вы отец?

Киваю. Ее выражение лица и интонации не сулит ничего хорошего.

— Малыш родился? С ним все в порядке? — хриплю я.

— К сожалению, нет, — качает она головой.

Ком в горле разрастается до гигантских размеров, перекрывая доступ к кислороду. Я не думал о нем и не хотел его, но потеряв, понял, что и моя вина в этом тоже есть. Совесть ржавой иглой проникает под кожу. Поднимаю руку и прикладываю ладонь к стене. Мне нужна сейчас эта опора.

— Почему? — все, что я могу выговорить сейчас.

— Отслойка плаценты. У плода, к сожалению, не было шансов. Мы сделали операцию вашей жене. Она сейчас в реанимации.

— Мы не были женаты, — глухо говорю я, смотря мимо нее.

— Это усложняет процесс. Обычно мы просим свидетельство о браке перед тем, как отдать…тело.

— Тест ДНК подойдет?

— Об этом нужно узнать в администрации больницы. Давайте я вас проведу.

Все происходящее кажется мне нереальным, словно я в каком-то бреду, из которого не могу выбраться. Решая вопрос о захоронении, включаю холодную голову, подписываю документы, ловлю на себе сочувствующие взгляды. Сказализабрать его завтра, а я растерян. Как бы я не относился к Лине, но никто такого не заслуживает. И мне даже страшно представить, как она отреагирует на новость, учитывая, что Линара скорее всего психологически нестабильна.

Сажусь в машину и долго смотрю в лобовое стекло, но ничего не вижу. Все, что произошло ночью сейчас кажется сном, в котором бы я так и остался. Там Зара, все еще наш дом и наша постель. А сегодня я снова потерян и мне даже некому рассказать о своей боли. Будто прочитав мои мысли на расстоянии, мне звонит мама. Я ведь даже не говорил ей, что уеду.

— Карим, сынок, ты в городе? — сходу спрашивает она.

— Да, а что? — потираю переносицу.

— Я заехала к Айгуль, а у нее Диля. Говорит, ты был в Астане. Почему ничего не сказал?

Это мама еще про поездку в Актау не знает, усмехаюсь я про себя.

— По делам ездил. Мам, я сейчас не могу говорить, — голос внезапно срывается и пикирует вниз.

— Почему? Что-то случилось?

Ну как, как она это делает? По одному голосу поняла, что я не в норме.

— Случилось, — набираю в легкие побольше воздуха. — Линара потеряла ребенка.

Мама молчит, но через несколько секунд отвечает:

— Мне жаль.

От ее тона даже мне стало холодно. Знаю, как мама к ней относилась, но ведь малыш ни в чем не виноват…Эту фразу я повторяю постоянно, чтобы заглушить пресловутую совесть.

— Мама, давай потом поговорим. Я еще в больнице. Дильназ с тобой?

— Да.

— Поцелуй ее от меня, — сжимаю руль до боли в пальцах.

— Она вырывает у меня телефон. Хочет тебе что-то сказать.

— Пап! Папа! — громко зовет дочка. — Ты уже прилетел? Как ты съездил? Прости, я проговорилась маме, а потом ажекам (бабушкам).

Дильназ смеется, а у меня от ее звонкого голоса сердце заходится. Вспомнил, как мы с Зарой ее ждали, как она родилась, как я впервые взял ее на руки. Она — моя девочка от любимой женщины. И этим все сказано.

— Ничего страшного, — пытаюсь улыбнуться.

— Когда ты заберешь меня? Сегодня получится?

— К сожалению, на этих выходных нее получится, Диль. У меня...дела важные.