Книга Старшая жена. Любовь после измены, страница 50 – Лия Султан

- Су*ка, еще раз подойдешь к моей сестре, я тебе глаза твои блядские вырежу и заставлю сожрать, поняла меня?

Томирис что-то проскулила, а Соня еще сильнее надавила ей на горло:

- Любишь на коленях стоять и брать глубоко? Так я тебе сейчас устрою чёс по наркопритонам города. Будешь у обдолбанных нариков отсасывать. Хочешь? Они ооочень голодные звери. А потом по кругу тебя пустим, да девочки?

У любовницы глаза округлтлись от шока и страха. А что ты хотела, дрянь? Тебе сама Софья Мышка предлагает путешествие в пешее эротическое.

- Ой, а это твоя сумочка? – слышу ангельский голосок Дианы, поворачиваю голову и вижу, как она вертит в руках черную сумочку от Гуччи. – Красивенькая! Тоже такую у Азамата попросила. Где-то полтора миллиона стоит, да?

Перевожу взгляд на Томирис. Она в ужасе смотрит на Диану, которая ставит сумку на столик напротив кровати и тянет за бегунок. Потом онв поднимактсвой пакет, с которым пришла ии аккуратно достает из него банку с какой-то жидкостью и трясет ею.

- Диана…- осторожно говорю я и ищу поддержки у Сони. Но у той шальная улыбка на лице. Кажется, она поняла, что собирается сделать наша тихоня.

- Я тут не знала, дорогая, можно ли тебе сорпу (бульон). Но все равно приготовила. На барашке. Жирненько правда. Нет, все-таки, наверное, нельзя, - качает она головой.- А вот сумочка у нас голодная, – Диана открывает банку, улыбается и медленно выливает половину сорпы в сумку.

- Нееет, - хрипит и хнычет Томирис. – Это же Гуччи. Там мой айфон. Дураааа!

-Упс! - пожимает плечами наш ангелочек.

- Ди, у тебя еще осталось? – не глядя на подругу, спрашивает Софья.

- Еще половина, – улыбается Ди.

- Неси сюда.

- Что вы делаете? Я расскажу Рустаму. Он вас в порошок сотрет, - чуть ли не ревет Томирис.

- Давай, с*ка, расскажи. Я посмотрю, как он отреагирует на то, что ты пришла угрожать его жене. Ты что-то делаешь не так, милая, раз он каждый день сюда таскается, как псина побитая, и жене в любви признается. В ножках валяется.

- Неправда, - мотает головой Томи и Соня начинается смеяться. – Он меня любит! Он с ней разводится!

- Бл**ь, ну ты совсем дура набитая! Ты же сама все знаешь, поэтому пришла. Что обидно да? Ножки раздвигаешь, все там себе натираешь, а его все равно к жене тянет. Давай, Диана, накорми нашу гостью, пока я ее не придушила.

Соня ослабляет хватку, а Диана быстро выливает на лицо, волосы и платье Томирис оставшийся бульон. Жирные пятна расползаются по светло-голубому шелку. Такое ни одна химчистка не отмоет.

- Аааа, вы старые дуры! – истерично орет она, смахивая с волос капли от бульна.

- А ты малолетняя шалава, - цедит Соня. – А ну пи**уй отсюда, пока я тебе не врезала.

Томирис хнычет себе под нос, быстро забирает сумку и убегает.

Мы с девчонками начинаем истерично смеяться и у меня брызгают слезы из глаз. На шум прибегает медсестра и смотрит на нас удивленно.

- Все хорошо? – осторожно спрашивает она.

- Да-да, - сквозь смех говорю я. – Кажется, система закончилась.

Медсестра быстро убирает иглу, кладет на ее место спиртовую салфетку и клеит сверху лейкопластырь. Когда за ней захлопывается дверь, мы взрываемся снова.

- Софья Дильшатовна, да ты гопик, - задыхаюсь от смеха.

- Видели бы меня мои братья-уйгуры, поапплодировалибы мне стоя. Они всегда говорили, что из тихони Мышки вырастет мегера.