Книга Он. Она. Другая, страница 64 – Лия Султан

Любимый садится на диван и запрокидывает голову. Он сглатывает, и острый кадык дергается на его шее. Как завороженная наблюдаю за ним, сажусь рядом и прижимаюсь так крепко, что дышать забываю. Таир обнимает меня одной рукой, а мои пальцы тем временем проскальзывают под его пуловер. Но он не останавливает. Знаю, что устал. Знаю, что все плохо. Решаю смолчать о том, что говорила с его матерью. Теперь мне становится все равно, примут меня или нет его родители. Нам и втроем хорошо.

— В понедельник Сабина подает на развод, — сообщает тихо.

Я ликую, но не подаю вида. Все же надо научиться молчать там, где это необходимо.

— Устал? — шепчу ласково и припадаю губами к шее. Таир закрывает глаза, потому что с ума сходит от всего, что я делаю.

— Не то слово, — вздыхает и сжимает кожу на мое талии.

— Больно?

— Уже нормально. Мама обработала.

— Полечить тебя? — моя рука призывно едетвниз.

Он ничего не отвечает, но по реакции и глухому стону понимаю, что он очень даже не против.

Вскочив с дивана, выглядываю в коридор и прислушиваюсь, не кряхтит ли Алан. Убедившись, что сынок спит, прикрываю дверь в зал, выключаю свет и медленно иду к Таиру. В комнате полумрак, свет попадает лишь с улицы. Сажусь к нему на колени, лицом к лицу, глаза в глаза. Он подается вперед, обнимает и нежно целует. Отвечаю, вожу кончиком языка по губам, а он ведет ладонями по спине и сбрасывает мою футболку.

— Вот так. Да, — шепчу ему и задыхаюсь от счастья, когда она валит меня на диван и нависает сверху.

Сабина

— Ну что ты дуешься? Никто же не умер! — разводит руками Ирада..

Как только мы с братом приехали, я тут же налетела на нее на кухне, пока Шамиль развлекал Нафису за закрытой дверью зала.

— И слава Богу! — шепотом рычу я. — Ты же знаешь прекрасно, какой у нас брат. Он же боксом занимался. А если бы Таир упал, ударился головой и умер?

— Мир бы очистился от еще одного муд*ка! — цокает сестренка и сдувает с лица кудрявую прядь.

— Как ты можешь? — задыхаюсь от негодования. — Он же помог тебе после аварии! Оплатил реабилитацию, лекарства.

— И что мне по гроб жизни в ноги ему кланяться? Я еще вчера скинула ему все деньги! — усмехнулась Ирада.

— Откуда взяла? — вскидываю брови.

— Мне заплатили за работу и я перевела остаток Таиру. Я как папа, не хочу быть никому обязанной!

Поворачиваюсь к ней спиной, крепко сжимаю пальцами столешницу. Упоминание папы больно ранит. Брат прав. Если бы родители были живы, они бы нас защитили. С ними пережить эту бурю было бы легче.

— Сабин, ну ты чего? — сестра обнимает меня сзади и кладет подбородок на плечо. — Да, может я перегнула, но по нашим законам тебя все равно должен был забрать кто-то из родственников.

— Я знаю, — накрываю ладошкой ее руку. — Просто когда Шамиль ударил Таира, я очень испугалась.

— Блин, ну Сабин, он всегда нас защищал, с самого детства. Таирчик “в штанах пипирчик” должен знать, что за тобой семья, что ты не одна. То, что сделал этот г**дон даже кровью не смыть.

— Господи, Ирада! — поворачиваюсь к ней лицом. — Тебе бы рот прополоскать, ты все время ругаешься, — улыбаюсь я.

— Я неправильная уйгурка. Матерюсь, не умею готовить, а теперь еще и посылаю старших. Слышала бы ты, как он вчера рычал от того, что я обозвала его козлиной.

— Все, — обрываю ее. — Он — отец Нафисы. И, пожалуйста, в ее присутствии о нем либо хорошо, либо вообще никак.