Книга Без тебя, страница 20 – Тори Майрон

— Потому что не хочу.

— Неправда. Хочешь.

— А теперь твоя самоуверенность стала раздражающей.

— Пусть так, но я знаю, что хочешь, и не отстану, пока ты не скажешь, в чём дело?

— Я уже сказала.

— Скажешь правду, испанка, — уточнил Пол, сбив меня с толку своим обращением ко мне.

— Почему ты назвал меня испанкой?

— Потому что у тебя южная внешность и фамилия Суарес. Вот я и сделал определённый вывод. Тебя задело это слово?

— Нет, я просто удивлена тому, что тебе известна моя фамилия. Когда только успел узнать? Мы познакомились всего лекцию назад.

— И у меня было целых два часа, чтобы выяснить о тебе всё, что возможно. Кортни Суарес, девятнадцать лет. Учишься на факультете «изобразительное искусство» и увлекаешься фотографией. Обожаешь сладости, экстремальные развлечения, тусоваться в клубах и имеешь привычку помогать бездомным животным.

Я была настолько поражена, что аж раскрыла рот, на который Пол тут же уставился плотоядным взглядом. В горле вмиг воцарилась засуха, а температура тела повысилась вдвое от мысли, что именно Пол в уме проделывает с моим ртом.

— И откуда ты столько накопал, позволь спросить? — прочистив горло, выдавила из себя я.

— Как откуда? Из твоих соцсетей. Ты же каждый шаг свой постишь, — произнёс Пол и наклонился ко мне настолько близко, что между нашими лицами осталось не более десяти сантиметров. — Никаких секретов, испанка. Так даже неинтересно, — добавил он полушёпотом и расплылся в довольной улыбке, намекая, что я для него как открытая книга. Никакой интриги. Уже завоёванная добыча. И данный факт не на шутку разозлил меня, зародив жгучее желание утереть наглецу нос.

— Ошибаешься, Пол, — продолжив смотреть ему в глаза, ещё больше сократила расстояние между нашими губами.

Стоило наплевать на то, что мы находимся в коридоре универа, где туда-сюда снует толпа студентов, и податься ещё на пару сантиметров, и мы бы впервые поцеловались. Я ощутила бы вкус его чувственных губ. Вобрала бы в себя его мятное дыхание. Застонала бы ему в рот от удовольствия. И убедила бы этого паршивца в том, что я так же, как и все остальные девушки, быстро поддалась его очарованию. Но чёрта с два я собиралась настолько облегчать ему задачу добиться желаемого.

— И в чём же я ошибся? — с хрипотцой спросил Пол, обжигая мои губы горячим дыханием, а ноздри — обалденным запахом своей кожи и парфюма.

— В том, что я выставляю в интернете каждый свой шаг.

— А разве это не так?

— Нет. Я выставляю только свои приличные поступки, а всё самое горячее, пошлое и запретное остаётся за кадром. Для особенных, так сказать, — изрекла я томным голосом и резко захлопнула свой шкафчик, нарушив громким стуком искрящееся сексуальное напряжение, витающее в пространстве между нами. А затем, не дождавшись ответа, развернулась и походкой от бедра отправилась в сторону нужной аудитории, слыша за спиной, как всегда, уверенное:

— Я стану для тебя самым особенным, испанка. В этом можешь не сомневаться.

И он стал. Самым особенным, самым любимым и самым желанным. Я думала о Поле почти круглосуточно, да и он не давал возможности забыть о нём. Дэвенпорт напрочь игнорировал все мои отказы пойти на свидание и каждое утро заезжал за мной, чтобы отвезти в универ. Во время перерывов находил меня, где бы я ни была, сдабривал моими любимыми сладостями, а после лекций довозил до дома, беспрерывно смешил меня, расспрашивал о моей жизни и уговаривал сказать ему «да».