Книга С тобой, страница 69 – Тори Майрон

– Неужели ты расстроилась, Кортни? Понравилась роль любовницы по вызову? – издаю смешок, внимательно разглядывая её лицо. Запоминаю, сука. Каждую чёрточку и родинку запоминаю, хотя в этом нет никакой необходимости. Они все до единой уже давно впечатаны на подкорке моего сознания.

– Нисколько, Пол. Конечно, я рада, что наши встречи закончатся куда быстрее, чем я думала. Я лишь не понимаю, что послужило причиной твоему прекрасному решению? Неужели ты всё-таки нашёл мне замену, несмотря на отсутствие времени?

– Ты действительно хочешь знать ответ на этот вопрос?

Ещё несколько секунд звенящего молчания, что нарушается биением моего долбаного сердца. Оно стучит так, будто я не сижу, а несусь на всей скорости. Навстречу бетонной стене, об которую разбиваюсь всмятку, когда Кортни снова расплывается в улыбке и отвечает:

– Знаешь, ты прав. Мне не стоит знать. Причины меня не касаются. Главное – я опять свободна и могу делать всё, что захочу.

И что же ты, блядь такая, захочешь в первую очередь? Побежать к своему больному дружку? Или к этому кадру из больницы? А, может, к какому-то ещё мужику?

Я до крови кусаю себе щёку изнутри, лишь бы не выплюнуть на волю ни один из этих вопросов. К счастью, у меня получается промолчать. С этой задачей я справляюсь. В отличие от контролирования гнева, ревности и, сука, такой знакомой до каждого полуоттенка боли. Эта ядернаясмесь стремительным потоком начинает нестись по венам, отравляя весь организм и едва не заставляя меня дрожать.

Но я держусь. Никак не проявляю эмоций, отдавая все моральные и физические силы, чтобы сохранить покерфейс до конца.

– Вот и отлично. Рад, что нам удалось завершить наше общение на хорошей ноте. Хотя бы в этот раз.

– Это точно, – соглашается Кортни, и остаток обеда снова проходит в молчании.

Я заставляю себя запихать в себя остатки еды, хотя совершенно не чувствую вкуса, а Кортни молчаливо попивает воду и рассматривает декоративный цветок на столе. Она не выглядит расстроенной. Скорее, просто задумчивой. И это бесит, потому что подтверждает, что для неё расставание со мной ничего не значит. В отличие от меня. Но ничего. Я взрослый мальчик. Справлюсь. Никак иначе.

Следующие десять минут, пока я опустошаю тарелки Кортни, кажутся мне бесконечными. Затем я прошу официанта рассчитать нас, оплачиваю, и мы покидаем торговый центр.

На улице опять снежит, ветер завывает, холодными порывами залетая за воротник, но ни капли не остужает и не приглушает месиво бушующих во мне эмоций, пока мы с Кортни вместе двигаемся в сторону парковки.

– Моя машина там, – повернувшись ко мне, тихо произносит Кортни.

– А моя на другой стороне.

– Значит, это всё.

– Да, всё, – соглашаюсь я и первый разворачиваюсь, чтобы уйти от неё как можно дальше да поскорее. Срывать пластырь нужно резко. Так менее больно. По крайней мере, так я думал, но чёрт… С каждым шагом, что отдаляет меня от неё, в груди всё сильнее трещит и взрывается.

Мозгом я понимаю, что поступаю правильно, но все остальные части тела изнывают от боли в знак протеста моего спонтанного решения. Дышать становится невыносимо трудно, а ноги отказываются двигаться нормально. К ним как будто прицепили стокилограммовые гири, но я всё равно иду, иду, иду… До тех пор, пока не слышу за спиной зов Кортни: