Книга С тобой, страница 165 – Тори Майрон

Эта парочка идеально друг другу подходит. И я безмерно рад, что эти двое замечательных людей появились в жизни Кортни. Они помогают ей и любят её с Джереми так, как её родная мать никогда не делала и никогда не сможет, даже если захочет.

Кортни рассказала, каким образом её бессовестнаямамаша годами тянула из неё деньги. Я хотел найти эту женщину и вправить ей мозги. Однако Кортни убедила меня, что в этом нет смысла. Только нервы свои потрачу. Амара всё равно останется при своём мнении: она родила Кортни, пожертвовала своей карьерой ради неё, и за это дочь обязана благодарить её финансово до конца её жизни. Но чёрта с два эта сука получит от нас хоть цент. И Кортни с этим согласна, однако её мать не смогла с первого раза уяснить данный факт.

Во время первой недели нашего воссоединения с испанкой Амара явилась к нам домой с требованием дать ей «положенную» сумму денег. По её воинственному настрою было видно, что она намеревается закатить сцену, но я пресёк крики этой дамочки на самом старте. Вывел из квартиры на лестничную клетку и чётко дал понять, что если она ещё хоть раз посмеет прийти к нам или же вздумает докучать Кортни вне дома, то будет иметь дело со мной. А до этого лучше не доводить. Ей же хуже будет. Я, по сути своей, добрый человек, но лишь до тех пор, пока меня не разозлят. А одна лишь мысль об этой эгоистичной стерве доводит меня до бешенства.

Радует, что Амара прислушалась к моим угрозам в тот день. С тех пор она больше не появлялась и никак не давала о себе знать. Уверен, что так оно и продолжится, ведь я до сих пор помню её побледневшее лицо и до чёртиков испуганный взгляд после нашего с ней разговора.

После ужина и вечернего купания я заваливаюсь вместе с Джей-Джеем в кровать и смотрю с ним его любимый мультик «Тачки». Правда, мы и половины не просматриваем, так как он засыпает. Перекладываю сына в его кроватку и, как всегда, некоторое время любуюсь им, наслаждаясь уже столь привычным теплом, стремительно растекающимся по всему телу.

Я даже представить не мог, что возможно настолько сильно любить. Кроме Кортни, я никогда и никого так не любил. Однако мои чувства к испанке пусть и не уступают по силе чувствам к моему мальчику, но они другие. Даже не объяснить разницу. Они просто другие. Такие светлые, безусловные и всепоглощающие. Такие, какие я мог также дарить и своему ребёнку, который должен был родиться всего через пару месяцев, но… Он не родится, потому что я не успел повлиять на решение Евы.

Её за прошедшие месяцы я видел всего единожды. Несмотря на её поступок, я не мог разом перестать думать об этой девчонке. Я хотелубедиться, что она сумеет прийти в себя после аборта и не натворит ещё каких-нибудь глупостей. И, к счастью, с ней всё в порядке. Она снова живёт в доме родителей, в физическом плане цела и невредима, а морально ей помогает справиться психолог, которого я ей порекомендовал и заранее оплатил.

Именно психолог и звонит мне время от времени, чтобы осведомить о том, как проходят их встречи с Евой. Разумеется, Элеонора Лейн не вдаётся в подробности и не выдаёт мне ничего из того, что ей рассказывает Ева, так как это врачебная тайна. Она просто успокаивает меня тем, что Ева движется в нужном направлении и в общем и целом чувствует себя прекрасно.