Книга Наследник дона мафии, страница 84 – Тала Тоцка

Эта яхта меньше по размеру, заметно меньше. Обтекаемый корпус, палуба из светлого дерева. На борту никого не видно, даже экипажа.

После яхты Коэна она кажется почти игрушечной.

Аверин идет по палубе, я следую за ним. На нас сверху вниз смотрят все, оставшиеся на корабле Коэна.

— Проходи внутрь, — Аверин открывает передо мной стеклянную дверь.

Послушно вхожу и с криком отшатываюсь, потому что навстречу выходит еще один Аверин. Тоже заросший. Или у меня просто задвоилось в глазах?

Но разве, когда в глазах двоится, вторая копия может выглядеть немного моложе?..

Или охранник Коэнов сказал правду, и у меня действительно съехала крыша?

— Блядь, Клим… — морщится Костя, — не пугай ее, она и так еле дышит. Иди в рубку, заводи машину, уходим.

— Не бойтесь, я не Костя, я его племянник Клим, — говорит второй Аверин. Подмигивает мне и исчезает.

Я уже ничего не понимаю. Но может он просто добрый. Еще один добрый убийца. Коэн вон тоже извинялся и просил его понять.

Тем временем Костя открывает один из шкафов. Судя по клубам пара, вырвавшимся оттуда, понимаю, что это морозильная камера.

— Раздевайся, — бросает он мне через плечо, а сам достает из камеры увесистые красные брикеты, завернутые в пленку.

Проглатываю «зачем» и стягиваю футболку. Наверное, чтобы акулы не подавились.

— Белье тоже снимать? — спрашиваю и поражаюсь, как безучастно, глухо и мертво звучит мой голос.

Костя тоже это замечает, потому что оборачивается и на мгновение застывает.

— Ебаные пидорасы… — цедит сквозь зубы. Стаскивает через голову футболку и протягивает мне. — Да, снимай. Вот, возьми, надень мою футболку. И сядь, чего под стенкой торчишь? Вон планшет возьми, если хочешь. Сюда лучше не смотри.

По голосу слышу, что он злится, но это уже совсем не тот бетонно-ледниковый Аверин, который был на корабле Коэна.

Мне хочется спросить «Костя, ты что, передумал меня убивать?», но я банально боюсь. Боюсь услышать ответ.

Надеваю футболку, пропахшую потом и запахом дорогого мужского парфюма.

И остаюсь стоять. Ноги просто не сгибаются.

Под ногами слышится тихий, но отчетливый гул — внизу запустились двигатели. Корпус чуть заметно вздрагивает, по полу прокатывается вибрация. Легкий, почти незаметный толчок, и я понимаю, что яхта начала движение.

Дальше все проходит как в замедленной съемке. Наблюдаю, как деловито Аверин заворачивает в мою футболку и белье замороженные брикеты.

Все это он тщательно заматывает в холщевый мешок, к которому привязывает свинцовый груз.

— Все нормально? — к нам заглядывает тот, второй, кого он назвал Климом. Я стараюсь на него не смотреть, смотрю на стол.

И меня начинает тошнить. Потому что я догадываюсь, что это.

Это выглядит как человеческое тело, завернутое в мешок. Мое.

— Да не смотри ты туда, — рыкает на меня Костя. — Я же сказал, сядь. И не смотри!

— Не кричи на нее, — заступается за меня его племянник Клим. Теперь я уверена, что не чокнутая, потому что он явно моложе Кости. — Давай я сброшу.

— Нет, я сам. Эти гондоны же с биноклями смотрят. И с камерами пишут. Еще подождем, отойдем подальше.

Мы все втроем еще некоторое время ждем молча.

— Пошел, — Костя берет со стола мешок и выносит на палубу. Клим протирает стол раствором, остро пахнущим спиртом.

Он молчит, и я молчу. Аверин возвращается быстро.