Книга Особенная девочка для властного Альфы, страница 41 – Людмила Королева

— Все разговоры потом. Сначала я тебя трахну. Я смогу восполнить свои силы в момент, когда ты будешь кричать от оргазмов. А сил мне надо очень много. Так что всю эту ночь ты будешь кончать и срывать голос от стонов. Во мне практически нет магии. То, что я получил от Мирона, быстро заканчивается, чужая магия не приживается во мне. Чтобы восстановить свою потерянную магию и вернуть свои силы, мне нужны ты.

— Артур… — шепчу я и прижимаю руки к груди.

— Лучше заткнись. Я не собираюсь слушать твои возражения. Из-за тебя я постоянно хожу по грани, — заявляет он. — Бедовая девчонка. Моя личная катастрофа.

Моргнуть не успеваю, как он оказывается рядом. Амурский жестко впечатывает меня в стену, набрасывается на мои губы своим ртом, а его наглые руки рвут рубашку на мне. Его губы грубые, горячие, жадные.

Меня охватывает жар. Щеки пылают. Грудь колышется от сбивчивого дыхания.

Я на миг теряюсь. Замираю. Я немного ошарашена происходящим. До сих пор не верится, что он тут.

Артур отрывается от моих губ медленно, будто с усилием. А я вдруг понимаю, что не хочу, чтобы он останавливался.

Его лоб прижимается к моему. Амурский дышит тяжело. Я вижу, как напрягаются его челюсти, как ходят желваки. Как взгляд темнеет.

— Рита, — рычит он угрожающе. — Ответь мне взаимностью. Прекрати сопротивляться своим желаниям. Без тебя мне не восполнить силы. А без меня тебе не найти дочь.

Горячая ладонь нагло сжимает мою грудь. А у меня дыхание перехватывает. Я не знаю, что делать. Прикосновения Артура, его близость, его ласки, его дикое рычание сводят меня с ума. Тело готово подчиниться этому безумному магнетизму, готово отдаться этому сильному мужчине, а разум сопротивляется. Правая рука Амурского жадно скользит по моему бедру. Ненасытные губы захватывают в плен мои губы. И у меня мгновенно между ног становится невыносимо горячо и влажно.

Что со мной не так? Почему этот волк так на меня действует?

В прошлом Артур изучил мое тело очень быстро. Он знает, как меня трогать, как касаться, чтобы я потеряла голову от желания.

Мой первый и единственный мужчина.

Мой враг.

Опасный и непредсказуемый зверь.

В его глазах полыхает огонь страсти. Артур сжимает меня в своих объятиях так, будто я необходима ему, как кислород. Дышит тяжело, как сорвавшийся с цепи голодный и безумный зверь. И я чувствую, что он с трудом сдерживает свою силу. Он хочет взять меня. Взять без всяких прелюдий, жестко, страстно. Но почему-то дразнит себя, да и меня, растягивает удовольствие, ласкает меня, трогает, разжигает огонь сильнее. Смакует каждое мгновение.

Артур сильнее впечатывает меня в стену. Его тяжесть давит. Губы горячие, жесткие, требовательные.

У меня голова кружится от происходящего. Кровь пульсирует в венах. Разум бунтует. Я не хочу быть удобной подстилкой для этого мужчины. Я хочу нормальных отношений. Но с ним же нормально не получится. Он любить не умеет. Он привык только брать, подчинять всех своей воле, командовать и приказывать.

Его наглые пальцы прикасаются к чувствительному бугорку у меня между ног, и я вздрагиваю. Стон срывается с моих губ. Огонь внизу живота разгорается с такой силой, что меня трясет. Как же сильно я хочу этого мужчину. Но я не должна… Я не могу… Это какое-то безумие. Мы слишком разные. Нам надо держаться на расстоянии друг от друга. К тому же его отец меня никогда не примет, а значит, не все волки в стае встанут на сторону Артура. Вспыхнет вражда внутри стаи. Нас попытаются разлучить. Это неизбежно. Зачем Артуру столько проблем? Я не хочу привязываться к нему, не хочу страдать. Одной мне намного проще. Кого я обманываю? Одной очень плохо. И я мечтаю о нормальной семье, о муже и детях. Я усталаот одиночества, устала выживать в этом сложном мире. Я хочу, чтобы Сонечка росла в полноценной семье. И будь мы простыми людьми, я бы не раздумывая была с Артуром. Но все сложно. Нам опасно быть вместе. Да и замуж он меня никогда не звал. Только метку поставил, чтоб знала, что я ему принадлежу. И относится ко мне, как к своей вещице. Я же рядом с ним себя потеряю. Он всегда будет распоряжаться моей жизнью. Я не хочу так.