Книга Заберу тебя, девочка, страница 47 – Анастасия Градцева

— А с Пашкой что? Уже всё? Я думала, ты с ним мутишь.

Я туманно объясняю, что с Пашкой у нас больше ничего нет, не останавливаясь подробно на причинах, по которым это произошло. Разбежались и разбежались, подумаешь!

— А этот брутал на гелике?

— Это просто… Знакомый, — быстро нахожусь я. — Ничего серьезного.

— Ложкина, ты головой ударилась что ли? — удивляется Вера. — Серьезно не собираешься с ним мутить? Он же капец горячий.

— Нет, — бросаю я. — Не мой тип совсем. Да, может и симпатичный, но он жуткий грубиян.Так что…

— Слушай, а может дашь тогда мне его телефончик? — перебивает меня Диана, мечтательно закатывая глаза. — Я умею укрощать таких бруталов!

Внезапно меня так это выбешивает, что я едва не скриплю зубами.

— У меня нет его номера, — резко отвечаю я. — И вообще, не советую с ним связываться. Поверь мне.

— Ага, ну если Пашка и тот парень идут лесом, значит, судя по платью, ты сегодня вышла на тропу войны? — хихикает Вера, пихая меня в бок локтем. — Планируешь кого-нибудь подцепить?

— А почему бы и нет? — фыркаю я в ответ.

Но на душе неуютно, потому что я сама себе до конца не ответила на вопрос, зачем я так сегодня нарядилась. И действительно, проще думать, что это для того, чтобы привлечь внимание парней из университета, чем для того, чтобы Лекс увидел меня в таком виде и горько пожалел о вчерашнем.

Вишневое платье и правда привлекает очень много взглядов, но тем не менее для меня оказывается полной неожиданностью, когда на большой перемене ко мне вдруг подходит Костя Игнатьев, главный красавчик нашего факультета.

— Привет, — улыбается он. — Классно выглядишь.

Я даже не сразу понимаю, что это он мне. Быстро оглядываюсь по сторонам, но рядом никто не стоит. Да и смотрит он мне прямо в… Хотелось бы сказать, что в глаза, но нет.

— Спасибо, — неуверенно отвечаю я. А потом неловко добавляю: — Привет.

Мне кажется, в Игнатьева были влюблены все на нашем потоке, потому что внешность у него и правда как с обложки: светлые, растрёпанные с продуманной небрежностью волосы, карие глаза, красиво контрастирующие с блондинистой шевелюрой, высокий рост и спортивная фигура. Даже я на него заглядывалась, не буду спорить, но Игнатьев был надёжно занят Лерой Штерн из его же группы: эта королева прибрала его к рукам буквально с первого курса. Поэтому странно, что сейчас он ко мне подошел.

А ещё более странно то, как я на это реагирую. Потому что вместо восторга я ощущаю только некоторую неловкость. Да, Игнатьев, конечно, симпатичный, но… Почему я раньше не замечала слащавости в его внешности? Почему не видела безвольного подбородка и такого ровного цвета кожи, что тут явно не обошлось без тональника?

Игнатьев выглядел как хороший мальчик из очень богатой семьи, который тщательно за собой ухаживает, а Лекс…

Черт, да с ним просто нельзя никогосравнивать. Потому что никто до него не дотягивает. Он так задрал тестостероновую планку, что все остальные парни кажутся теперь слишком милыми и слишком домашними. В них и близко нет той силы и опасности, которую излучает Лекс.

Ну и хорошо, что нет. Потому что мне такое не надо!

Не надо ведь?

Но тем не менее разговор с Игнатьевым я не продолжаю. Неловко улыбнувшись ему, я сбегаю в женский туалет и выхожу оттуда только, когда звенит звонок.

Когда пара заканчивается, мы с Верой и Дианой снова вместе выходим из универа. Они снова зовут меня гулять, но я отказываюсь, потому что, если честно, очень хочу домой. Это платье хоть и красивое, но чертовски неудобное: длинная молния сзади уже натёрла мне спину. Да и ноги, второй день подряд закованные в каблуки, тоже протестуют.