Книга Развод. Еще одну измену не прощу!, страница 27 – Нэнси Найт

Беру себя в руки и сажусь за стол. В мобильном телефоне нахожу перечень документов для подачи заявления на развод, а затем открываю сайт суда, в который мне нужно обратиться. И с сожалением узнаю, что сегодня я уже не успею, а следующий приемный день будет только послезавтра. А я готова была сделать уже все сегодня, лишь бы ощутить толику облегчения.

Никогда не думала, что подобное может произойти со мной. А теперь я сижу в одиночестве на кухне и готовлюсь к тому, чего совершенно не хочу. Но надо, надо перебороть это чувство, ведь другого пути нет.

Любойвыход из зоны комфорта вызывает внутреннее отторжение. И вовсе не значит, что перемены ведут от хорошего к плохому, нет. Они просто лишают привычного.

Но мы устроены так, что до последнего держимся даже за плохонькое, но зато свое, родное. Опасаемся неизведанного на подсознании и избегаем этого всеми силами.

Осознаю ли я, что перемены просто необходимы? Да. Но готова ли к ним? Нет, абсолютно. Но изо всех сил борюсь с собой, толкаю вперед, искренне надеясь, что в скором времени буду благодарить себя за этот нелегкий шаг.

Умываю холодной водой припухшее от слез лицо и смотрю на себя в зеркало. Как же я плохо выгляжу. Постарела будто лет на пять. Я всегда была довольна своей внешностью, но сейчас собственное отражение мне неприятно.

Давно ли я стала такой? Морщины на лице стали глубже, кожа какая-то тусклая, посеревшая. И волосы плохо лежат. Кончики сухие и торчат сосульками.

Марку не нравилось, когда я стриглась короче, поэтому я изо всех сил боролась за длину волос. А сейчас у меня дикое желание отстричь все до самых плеч, покраситься в другой цвет. Да и вообще, кардинально измениться.

Делаю легкий макияж, маскируя мешки и синяки под глазами, одеваюсь и с нужными документами в руках выхожу из дома, чтобы сделать копии для суда.

Девушка за прилавком, которая управляет копировальной машиной, несколько раз странно поглядывает на меня, а затем вдруг спрашивает:

— У вас все в порядке?

Не понимаю, каким магическим образом на меня действует чужое неравнодушие, но на глаза тут же накатываются слезы.

— Да, — бросаю я в ответ и тут же отворачиваюсь, делая вид, что разглядываю открытки на стенде, а сама незаметно смахиваю слезы.

Когда же это закончится? Когда я перестану плакать?

Расплатившись за копии, я иду в банк для оплаты госпошлины и возвращаюсь домой. Сразу пишу от руки заявление на расторжение брака в точности так, как оформлено в образце. А затем складываю все нужные бумаги в отдельный файл. Теперь все готово, останется только отвезти в суд.

Пора садиться за работу, а у меня просто нет моральных сил на это. И я просто заваливаюсь на кровать и смотрю в одну точку, вновь погружаясь в свои угнетающие мысли.

Опять начинаю плакать, но тут же осекаю себя. Все, хватит. Я только делаю себе хуже. Нужно взять себя в руки. Если я самао себе не позабочусь, то этого больше никто не сделает.

И я звоню дочери — моей единственной радости, моему единственному светлому лучику в эти темные дни.

— Привет, мамуль! — радостно произносит Лиза, и на моих губах тут же расцветает улыбка.

— Привет, кошечка. Как твои дела? Хорошо проводишь время?

— Да, все хорошо. Только…

— Что такое? Что-то случилось? — тут же начинаю волноваться я.

— Мам, я домой хочу. Соскучилась по тебе очень.