Книга Мой верный, страница 74 – Эмилия Грин

Неужели совсем не рад?

— Я весь вечер собиралась тебе рассказать, но… — я потупила взгляд. Темный нависал надо мной, шумно втягивая воздух. — Не знала, как это сделать. Мы ведь не планировали. И ты… ты заставил меня пить противозачаточные. Не хотел детей. А я в последние дни их не принимала… Но клянусь, я не специально! — шептала, заламывая руки. — Просто забыла. А вскоре после возращения меня начало тошнить. И вот… — до боли сжала тест, вновь поднимая взгляд на Артема. — Я читала, так бывает, даже если забыть принять всего одну таблетку.

— Я что-то ни хрена не понимаю… — он рухнул на край кровати, так пронзительно заглядывая мне в глаза, будто от того, что он там увидит, зависела вся его жизнь.

Наша жизнь.

— Что тут непонятного? — огрызнулась я. — Я скоро рожу тебе ребенка! — скривила губы в жалкое подобие улыбки. — Почему-то уверена, у нас будет мальчик. Я всегда знала, что рожу тебе сына, — сбивчиво бормотала я, лишь бы заполнить сгустившееся между нами напряжение. — Я же говорила, у нас идеальная совместимость…

— Звезды? — глухо уточнил он.

— Они самые, — невпопад хмыкнула я.

Артем поднялся и, больше не глядя на меня, вышел из комнаты. Послышалось какое-то копошение в коридоре. В этот миг меня накрыло волной самой настоящей паники.

Уходит? Не поверил? Подумал, я специально от него залетела? Не хочет нашего малыша?

Слезы брызнули из глаз, потому что показалось, что мой кошмарный сон начал сбываться.

Мы ему не нужны!

— Родной, — пробормотала я, гладя животик.

Хлопнула дверь. Артем все-таки ушел.

Я прижала ладони к ушам, стараясь заглушить свой же скулеж, однако сквозь всхлипы пробивался еще один посторонний звук.

Шум воды?

Судорожно вздохнув, я опустила дрожащие руки и убедилась, что это не плод моего больного воображения. Артем не уходил из квартиры, он ушел в ванную.

Тишина сводила меня с ума.

Когда Апостолов вернулся, я так и не сдвинулась с места, некоторое время не решаясь посмотреть ему в глаза. Казалось, было слышно, какой смертоносной автоматной очередью заходится мое измученное сердце. Молчание становилось невыносимым, и я все же подняла голову, ловя внимательный мужской взгляд.

Ох.

Было в нем нечто демоническое. Откровенное. Глубокое и устрашающее. Этот взгляд… Будто Артем забросил удочку и, поймав меня за жабры, вытягивает душу. Еще немного, и я начну задыхаться.

— Саша, — Артем присел передо мной на корточки. — И когда ты собиралась мне сказать? — вкрадчиво поинтересовался он.

— Сегодня, но тебе все время названивали, а потом я уснула, — лихорадочно выдохнув, я перебирала пальцами подол сорочки.

— А кольцо почему не приняла? Решила безотцовщину растить? — мрачно усмехнулся он, дотрагиваясь кончиками пальцев до пульсирующей венки на моем запястье. Его прикосновение стайкой мурашек расползлось по позвоночнику, вызывая волнующий трепет во всем теле.

— Потому что я должна была убедиться, что ты созрел для семьи, — устало вздохнула я, утопая в черноте его проникновенных глаз, пока Артем медленно водил подушечкой пальца по моей коже.

— Убедилась? — он посмотрел на меня исподлобья.

— Возможно.

— Саша, — мне показалось, Апостолов немного дрожал. — Ты должна была рассказать мне до того, как я тебя… — я уловила нотки сожаления в его голосе.

Мое сердце снова начало кровоточить.