Книга Мой верный, страница 171 – Эмилия Грин

— А полчаса назад на кухне она крутила задницей перед Кириллом! Я чуть не огрела ее сковородой!

Я прыснула, с делано мрачной интонацией добавив:

— Жаль, что не огрела.

— Паш, ты где ее откопал? — потягивая вискарь, полюбопытствовал Кирюха, имея в виду спутницу Левицкого, перепутавшую наш дом с филиалом улицы красных фонарей.

— Снял на выходные, — отмахнулся Пашка, вперив взгляд в мою жену, болтающую с Алиной возле бассейна.

— В следующий раз можно обойтись без шлюх? — нахмурился уже порядком выпивший мой братец-каблук.

— Отвали! — Левицкий влил в себя остатки виски.

Теплый летний вечер заканчивался нашими посиделками в глубине сада. Давненько мы так не собирались, но сегодня сам бог велел — распили бутылочку спиртного за здоровье моих дочерей.

— Не жалеете, что расторгли земельную сделку? — запустив пятерню в волосы, Паша расслабленно перебирал взлохмаченные пряди. Его взгляд замер на свисающей с яблони гирлянде.

Мы с братом переглянулись, понимая, к чему он клонит. Кирюха вздохнул. Я заметил, как сверкнули его глаза.

— Это была мечта отца, — я потер лоб ладонью. — Мы с братом долго обсуждали этот вопрос, но в итоге приняли решение отказаться от застройки. Нужно еще уладить кое-какие юридические нюансы, но мы не останемся в накладе. Нашли покупателя.

— Через пару лет «Апостол-групп» мог бы стать гигантом в строительной отрасли, — негромко заметил Левицкий.

— Всех денег мира не заработаешь, Паш. Мы больше не имеем права подвергать наши семьи опасности. — Я устремил взгляд туда, где отдыхали мои принцессы. — Пора заканчивать кровавые войны.

Откидываясь на спинку плетеного кресла, Кирилл согласно кивнул.

Из другой части сада до нас доносилась музыка, смех и тихие разговоры, и я в очередной раз за последние месяцы поймал себя на мысли, что моя жизнь наконец-то обрела смысл.

— Кстати, заказчиков-то наказали? — почти беззвучно поинтересовался Левицкий, имея в виду уродов, виновных в покушении на мою скромную персону.

Цокнув, я вспомнил дерзких горцев с Кавказа, приехавших вершить «большие дела» в столицу. Но их решимость быстро угасла, когда Толя с Дымовым заехали к ребятам на огонек.

— Твоими молитвами, Паша. Твоими молитвами, — подмигнув товарищу, я посмотрел на Сашку, инстинктивно облизав губы в ответ на ее нежную улыбку. — Пора закругляться. У нас ранний рейс.

Напомнив Левицкому о том, что завтра лечу вместе с ним в Москву, я поднялся, желая перед отъездом урватьнемного времени со своей женой.

Один день спустя

Москва

— Наташ, что случилось? — обратился я к управляющей, заглядывая в ее усталые глаза.

Не планировал здесь появляться, так как весь день провел в офисе, решая накопившиеся вопросы, чтобы ночью вернуться в Сочи. Однако Леонидовна настойчиво просила меня заехать.

— Вон, полюбуйся! — пробурчала она, качая головой. — Дружок твой, набрался и устроил дебош! Уже два столика мне распугал! За одним, между прочим, сидели футболисты из сборной, — Наташа указала подбородком в сторону дивана, на котором развалился Паша Левицкий, вливающий в себя алкоголь.

Картина маслом. Почему я нисколько не удивлен?

— Артем, ты поговори с ним. Мы столько времени зарабатывали репутацию премиального заведения, а Паша уже в третий раз за месяц устраивает здесь алкомарафоны, путая «Темную ночь» с третьесортной рюмочной, — добавила она, упираясь локтями в барную стойку.