Книга Притворись моей, страница 96 – Эмилия Грин

— Впервые кто-то так долго держит меня на голодном пайке… — тихо признался он, потираясь эрекцией о заднюю поверхность моего бедра.

— Это долго? — удивилась, осторожно пробираясь ладонями под ту самую футболку, оглаживая теплую поясницу моего мужчины.

Да, что-то между нами так стремительно поменялось. На уровне инстинктов я чувствовала — Паша — мой мужчина.

— Беспощадно долго, Маш, — внезапно он улыбнулся. — Но в этом ожидании есть какая-то своя извращенная прелесть… Тем слаще нам будет в постели.

— Представляешь, буду целовать тебя везде, где мне захочется? А фантазия у меня о-го-го… — Левицкий хрипло рассмеялся, внезапно, выпуская меня из своего горячего плена.

Я села, пытаясь восстановить дыхание, да и в целом прийти в себя… Наконец, я задумчиво уставилась на Пашу, с напряженным видом оттягивающего брюки в районе паха.

— Титры… — пояснил он, кивая на экран.

— Титры… — задыхаясь, прошептала, внезапно сообразив, что даже не помню, какой жанр был у фильма, который мы «смотрели».

* * *

— Маш, я ведь поговорить хотел, — негромко начал Левицкий, припарковав автомобиль перед моим подъездом.

— Ну, говори, — ерзая на сидении, я плавилась от прикосновений его длинных теплых пальцев к центру своей ладони.

— Я уеду дней на семь. Может, немного дольше, — Паша вздохнул. — Батя позвал меня с собой в Подмосковье. На производство. На заводе будут устанавливать и запускать новое оборудование. Разумеется, если я планирую возглавить предприятие, то должен вникать во все процессы.

— О, конечно, ты должен ехать! — воодушевленно кивнула я.

— Будем жить там практически в полевых условиях… Но это определенно нужный опыт.

— Уверена, эта поездка поможет тебе сблизиться с отцом.

Помолчав, Паша достал из бардачка небольшой сверток, затянутый в глянцевую подарочную бумагу.

— А это, чтобы ты не скучала без меня по вечерам, — он подмигнул. — Решил дать тебе еще немного времени… Хочу, чтобы в этот раз все было как у людей — ухаживания и всякая романтическая дребедень, — усмехнувшись, Паша поднес мою ладонь ко рту, целуя ее крепко и слюняво.

Он явно прикалывался,словно кот, облизывая мои пальчики.

Я не смогла сдержать глупой улыбки, сжимая в свободной руке очередной подарок. Ни один мужчина не делал для меня ничего подобного, плавя мое нежное сердце, как маргарин.

— И по традиции… Опробуй его прямо сейчас. Я отзвонюсь минут через двадцать с проверкой. Маш? — Левицкий настойчиво притянул меня к себе, в очередной раз за вечер, врываясь в мой рот с развязным глубоким поцелуем.

Вакуум. Безвоздушное пространство, в котором остались лишь умелые наглые мужские губы. Губы и руки, нежно, но настойчиво приручающие меня, сводящие с ума своим бешеным напором.

— Я, пиздец, как хочу тебя, — он положил мою ладонь на теплый каменный пах, срывая с губ тихий возбужденный возглас. — Потрогай.

— Паш… я… — не сильно сжала его через тонкую ткань брюк, ощущая, как во рту скапливается слюна.

Он был таким большим и твердым. Казалось, от моих неумелых прикосновений, только сильнее увеличиваясь, и это пугало.

— Нравится? — Паша облизнулся, как голодный хищник.

Я смущенно рассмеялась. Ну, не буду же я его, в самом деле, нахваливать? Или … надо?

— Похожее, ты выиграл в генетической лотерее, — шепнула я, сжимая его чуть сильнее.