Онлайн книга «Притворись моей»
|
Мне хотелось окружить девчонкузаботой и лаской. Доставить наслаждение, если она мне разрешит… Маша издала слабый возглас, напоминающий протест, и я, нехотя, вытащил ладонь, тем не менее, продолжая крепко ее обнимать, удерживая руку на животе. — Привыкай, — прошептал я, еле ощутимо скользя по ее нежной шее губами, — на свадьбе придется убедить в наших чувствах более сотни человек… Как думаешь, мы справимся? — зажмурился, пытаясь игнорировать распирающую боль в члене. Глава 22 POV Маша — Да, ба! Да, я же тебе говорила… — я усмехнулась, в сотый раз, выслушивая ее охи и вздохи. Разумеется, то, что творилось в последние дни в Барсуково, шокировало их с Аллой Степановной до глубины души. А случилось все ровно так, как предсказывал Паша — Руслана Комарова вместе с подельниками арестовали, накрыв их нелегальный бордель. На цокольном этаже коттеджа, принадлежащего их ОПГ, была обнаружена кустарная лаборатория по производству синтетических наркотиков. Следом за Барсуковскими «наркодилерами» арестовали и отца Руслана, все эти годы крышующего банду сына. Им всем грозили серьезные сроки… Вот такие «веселые» последствия имела наша с Пашей незапланированная поездка в городок моего отрочества, и, честно говоря, я до сих пор не до конца пришла в себя. Сперва, на меня накатила такая смесь паники, ужаса и отчаяния, что я будто раскололась на две части. Одна отстранённо проживала происходящее глубоко внутри, пытаясь даже что-то анализировать, а второй было до ужаса плохо. Она плакала, задыхаясь от накатившей несправедливости, впрочем, вскоре сменившейся долгожданным чувством облегчения. Это случилось, когда Паша вернулся в комнату, крепко меня обняв. Я точно не помнила, что происходило в тот момент, ведь память услужливо затерла травмирующие воспоминания, но его присутствие, прикосновения, голос действовали на меня терапевтически. В какой-то момент я словно очнулась от кошмарного сна, будто той вечеринки в одиннадцатом классе, на которой я впервые попробовала алкоголь — никогда не было, как и не было последующих месяцев шантажа, страха и слез, и недавней сцены в ванной комнате… Я вдруг снова стала целой… цельной… и спустя несколько дней даже могла спокойно говорить и шутить на эту тему. — Нет, ба! Насчет Леонида Каневского ничего не знаю, вряд ли это дело его заинтересует, и он захочет упомянуть о нем в своей передаче… Паша вышел из кабинета, театрально закатывая глаза, потому что вместо того, чтобы решать последние вопросы перед сегодняшней тюнинг-вечеринкой — я снова болтала с бабушкой. Левицкий, как всегда, был при полном параде. В брючном костюме и белой рубашке, расстёгнутой на груди. Его отросшие каштановые волосы растрепались, придавая мужчине хулиганский вид, а во взгляде притаиласьзнакомая лукавая хитринка. — Ба, я тебе перезвоню… У нас тут аврал! — хихикнула, выдерживая деланно строгий взгляд своего босса. Отключившись, я пояснила. — Бабушка все надеется выпытать у меня подробности той ночи… — Говорят, если твоя бабушка на тебя надеется, значит ты — Надежда Бабкина! — философски заметил Паша, и я не смогла сдержать улыбку. — Маш, уже пора! Один из организаторов написал, народ начинает собираться… Я рассеянно покосилась на время — заработалась, не заметив, что до мероприятия остается менее часа! Вот же ж… Похоже, мы были последними, кто оставался в офисе. |