Книга Подожди со мной, страница 104 – Эми Доуз

— Майлс, Джос была хуже всех, и она сделала тебя несчастным. Из-за этой девчонки ты много лет пробыл в дурном настроении. Боже, каждый раз, когда вы расставались, мы все молились, чтобы он оказался последним.

— Почему ты мне об этом ничего не говорила? — восклицаю я, хватаясь рукой за перила крыльца и в отчаянии их сжимая.

— Потому что мы не знали, сойдешься ли ты с ней снова! И если бы мы признались, что на самом деле чувствуем, а ты бы остался с ней, это могло бы разрушить наши отношения. На самом деле мы использовали дедушку, чтобы тот говорил тебе, что она ведет себя как отъявленная сука, потому что знали, его ты не сможешь возненавидеть.

— О, боже мой! — восклицаю я, качая головой. — Дедушка тоже был в этом замешан?

— О, да, — отвечает она, хихикая. — Помню, как однажды он сказал маме: «Если вы, ребята, такие слабаки, что не можете сказать Майлсу бросить эту девчонку, то это сделаю я». Мама очень обиделась, но это был дедушка... сам понимаешь.

Я громко смеюсь.

— Боже, представляю, каким тоном он это говорил.

— Само собой разумеется, я рада, что твое молчание не связано с ней. Так что же происходит с девушкой-автором? Как там ее зовут?

Я качаю головой и отвечаю:

— Кейт. — Мне кажется странным произноситьэто имя вслух, когда в моем сознании она так долго была Мерседес, но, честно говоря, оно подходит ей намного больше, чем Мерседес Ли Лавлеттер.

— О чем же она тебе солгала?

— О паре вещей, — отвечаю я, на самом деле не желая вдаваться в подробности, потому что это заставляет меня чувствовать себя жалким.

— Так что же случилось, когда ты узнал?

Я приподнимаю брови.

— Я ударил одного парня.

На другом конце провода меня встречает молчание.

— Мэган? — зову я. — Мэган! — повторяю я немного громче.

— Извини, я задумалась. Ты действительно ударил парня?

Я киваю.

— Да. И вовсе собой не горжусь.

— Господи, я... впечатлена. Папа всегда говорил, что единственная женщина, которая может заставить тебя быть жестоким с другим человеком, — это я. Ты вроде как один из тех парней, которые «лают, но не кусают». И твой лай достаточно устрашающий, ты ведь такой гигант. Так что тот факт, что ты ударил парня из-за этой девушки, заставляет меня думать, что она тебе действительно небезразлична.

Над этой идеей я размышлял в течение последних двух недель.

— Кажется, я начинаю понимать, — признаюсь я. — Но теперь все кончено. Она солгала, и мне больше не нужно повторение этой ерунды с Джос.

— Майлс, тут есть одно большое отличие, которое, полагаю, ты не учитываешь.

— Какое?

— Джос делала тебя несчастным, а эта девушка делает тебя счастливым, так или нет?

Я сглатываю комок в горле.

— Так.

— Значит, ты позволишь одному плохому вечеру опорочить счастливые мгновения?

— Не знаю, Мэг, так ли все просто.

— Это сложно настолько, насколько ты это делаешь, братик. Мне кажется, ты слишком остро реагируешь, потому что обжегся. И это вполне понятно. Но не разбрасывайся хорошим из-за своего прошлого. Оно и так уже достаточно отняло у тебя.

Провожу рукой по голове и тяжело вздыхаю.

— Как же ты стала такой чертовски проницательной?

— Мудра не по годам. — Она хихикает, и я слышу шорох на заднем плане. — Как раз собираюсь на занятия по кикбоксингу. Мне пора. Позвони мне после того, как перестанешь быть идиотом и помиришься с этой девчонкой!