Книга Минутку, пожалуйста, страница 79 – Эми Доуз

С трудом выдохнув, я изо всех сил стараюсь сдержать раздражение. Мой гнев легко перенаправляется на ее почти обнаженное тело, такое нежное и соблазнительное. Круглый и безупречный живот, широкие бедра, умоляющие их сжать. И ее грудь, вздымающаяся с каждым вздохом, делает тот факт, что у меня не было секса в течение нескольких недель, болезненно очевидным.

— Прекрасно. — Я провожу рукой по волосам. В любом случае, сейчас я рассержен не только из-за мебели. — Двигай, что хочешь. Но, пожалуйста, надень гребаную одежду. У меня соседи.

— Джош…

— Ночь была долгой. Я иду спать, — рычу я и отворачиваюсь от Линси, оставляя ее в гостиной почти голой и все такой же потрясающей, как в тот день, когда я ее встретил.

Восемь часов спустя просыпаюсь с бешеным, мать его, стояком. И речь идет о твердом, как сталь, уровне. Принимаю ледяной душ, пытаясь смыть пронизывающее тело сексуальное неудовлетворение. А также неудовлетворение в целом. Независимо от того, как сильно я пытаюсь контролировать Линси, девушка продолжает сопротивляться, создавая трудности там, где их быть не должно. Меня это бесит.

Натянув спортивные штаны и белую футболку, иду на кухню за стаканом воды. На улице темно, и единственный источник света — это лампа и телевизор в гостиной.

Делаю несколько больших глотков из бокала, замечая пальцы ног Линси, торчащие над подлокотником. Стискиваю челюсть от беспокойства, потому что мне, вероятно, следует извиниться за то, что огрызнулся на нее. Ее врач ясно дала ей понять, что она должна быть более физически активной, и я обязан уважать это.

Медленно захожу в гостиную. Она отрывает взгляд от телефона лишь, чтобы посмотреть на меня, и спускает ноги с дивана, чтобы я мог сесть. Усевшись, беру ее ноги и кладу себе на колени, возвращая в прежнее положение.

— Прости за то, что произошло раньше, — выдавливаю я, глядя на ее клетчатую пижаму с расстегнутыми нижними пуговицами, открывающими живот. — Я устал после смены, и ты не заслуживаешь моих упреков.

Она продолжает возиться с телефоном.

— Все в порядке.

Я тяжело выдыхаю. Отлично, она наказывает меня своей обидой.

— У тебя никогда не бывает плохих дней на работе?

— Нет, — отвечает она, все еще тыча пальцем в телефон. — Вообще-то, я люблю свою работу... в отличие от тебя.

Услышав ее замечание, хмурюсь. Я никогда не говорил ей, что мне не нравится моя работа. То есть, что в ней, в принципе, можно любить. Дерьмовые часы, дерьмовые пациенты, перегруженные работой медсестры и нехватка персонала, чтобы выполнять работу как нужно. Но она ничего этого не знает.

— Почему ты считаешь, что мне не нравится моя работа? — спрашиваю я, нахмурив брови, наблюдая за ее лицом, освещенным экраном телефона.

Она скользит по мне совершенно безразличным взглядом.

— Потому что ты все время несчастен.

— Я не несчастен, — огрызаюсь я.

— Не очень-то ты веселый. — Ее брови приподнимаются, она пожимает плечами и продолжает двигать пальцем по экрану.

— Не каждый должен быть веселым. — Что, черт возьми, такогоинтересного у нее сейчас на телефоне?

— Как давно ты работаешь врачом скорой помощи? — спрашивает она, по-прежнему не глядя мне в глаза.

Я хмурюсь, гадая, не выискивала ли она информацию обо мне, чтобы узнать, где я работал раньше.

— Достаточно долго, — уклончиво отвечаю я.