Книга Минутку, пожалуйста, страница 47 – Эми Доуз

— Из меня не очень хороший декоратор. — Когда он тянется за моим пальто, наши руки соприкасаются, посылая электрический импульс по всему телу.

Остыньте на хрен, дурацкие гормоны беременности. Мы должны ненавидеть этого парня!

Джош, по всей видимости, остается к нашему прикосновению равнодушным. Отвернувшись, он вешает пальто в шкаф в прихожей, в то время как я нервно тяну свой бирюзовый свитер с напуском, который искала в чемоданах целых тридцать минут этим утром. Кто бы мог подумать, что подобрать наряд для встречи с любовником на одну ночь, превратившимся в папочку твоего ребенка, будет так трудно?

Прохожу в гостиную и таращу глаза от вида из окон от пола до потолка. В ту ночь я, естественно, не заметила, что дом построен на вершине утеса и из него открывается потрясающий вид на Боулдер и Горный хребет. Через окна видна широкая веранда, огибающая заднюю часть дома и заставленная уютной, укрытой на зиму, мебелью.

— Снаружи у тебя больше мебели, чем внутри, — тупо замечаю я.

— Она продавалась вместе с домом, — говорит он прямо за моей спиной, заставляя слегка подпрыгнуть.

Легкая дрожь пробегает по телу, когда я улавливаю запах его пряного лосьона после бритья. Он засунул руки в карманы, и от его взгляда я чувствую себя крошечной.

— Можно мне воды? — хриплю я, из-за нервов во рту сухо, как в пустыне.

Он хмурится, потом поворачивается и идет на кухню, давая мне возможность перевести дух.

Боже, как неловко. Желание уйти так сильно давит на меня, но мне нужно хотя бы подтвердить тот факт, что он не хочет иметь ничего общего с ребенком. Я не хочу растить ребенка одна, чтобы в один прекрасный миг появился он и попросил поиграть в мяч с мальчиком.

Или девочкой.

О боже.

Я хочу мальчика или девочку? У меня никогда не было парня достаточно долго, чтобы раздумывать над подобными вещами. Я лишь недавно дала ему гендерно-нейтральное прозвище — орешек.

Джош возвращается и протягивает мне бутылку воды.

— Не хочешь присесть? — спрашивает он, указываяна стул. — Как твоя лодыжка?

Я отодвигаюсь от него и отмахиваюсь.

— Все в порядке. Опухоль уже спала.

— Хорошо.

Он снова указывает на стул, и я сажусь, потому что… ну, зная, какая я неуклюжая, сесть — вероятно, разумно, когда я нахожусь в присутствии этого властного мужчины. Выпиваю половину бутылки и стараюсь не обращать внимания на взгляд Джоша.

— Как ты себя чувствуешь? — Джош меряет шагами пустую комнату передо мной.

— Думаю, все в порядке, — отвечаю кротко. — То есть... теперь, когда знаю, что беременна, я в порядке. До сих пор не могу поверить, что ходила как те женщины на реалити-шоу «Я не знала, что была беременна». Можешь себе представить, если бы я просто заскочила в отделение неотложной помощи через полгода, жалуясь на боль в животе, а ты бы сказал... опачки... у тебя будет ребенок.

Джош бросает на меня равнодушный взгляд.

— Никогда не говорил «опачки».

— Это как «кстати».

— Я в курсе, что означает «опачки». Просто никогда так не говорю.

— Ладно, ты в этом разбираешься, — защищаюсь я и качаю головой, потому что мы ушли от темы разговора. — Хочу сказать, что теперь, зная о беременности, я понимаю, почему последние пару месяцев чувствовала себя немного не в своей тарелке.

— Какие были симптомы? — спрашивает он.

— На Рождество меня тошнило, я думала, это грипп, но теперь, оглядываясь назад, понимаю, что, скорее всего, это была утренняя тошнота. Теперь она прошла.