Книга Минутку, пожалуйста, страница 39 – Эми Доуз

Медленно моргая, сосредотачиваюсь на узисте, пока она набирает цифры на экране. Рыдание Линси прорывается сквозь мой туман отрицания, и я перевожу взгляд на нее, понимая, что та впадает в истерику. Боже милостивый, она действительно ничего не знала.

Взяв ее за руку, понимаю, что перехожу границу между пациентом и врачом, но мне все равно, потому что сейчас она не моя пациентка. Она — женщина, которую я поставил в такое положение.

Линси крепче сжимает мою ладонь, в полном недоумении продолжая мотать головой. Я смотрю на наши сомкнутые руки, и по телу пробегает дрожь. Вот оно. Теперь мы вместе в одной упряжке.

— Ребенок был зачат примерно двадцать второго ноября, — говорит узист с вымученной улыбкой. — Может быть, разница в день или два, потому что сперматозоиды способны жить во влагалище до пяти дней, а в фолликуле —до трех. Так что, все зависит от того, когда эти два сумасшедших решат встретиться.

— Я поняла, — сокрушенно говорит Линси. — Я беременна. Я... беременна. Внутри меня… ребенок.

Женщина улыбается.

— Хотите послушать сердцебиение?

Мы обращаем широко распахнутые глаза на узиста, когда она поворачивает тумблер на аппарате, и быстрый трепещущий пульс эхом разносится по палате. Мы вслушиваемся в него добрых тридцать секунд. Мне приходится напоминать себе, что нужно дышать.

— Сердцебиение сильное. Совершенно нормальное.

— Значит, ребенок... в порядке? — нервно спрашивает Линси. — Пару часов назад я вколола себе ЭпиПен. Это плохо?

Узист переключает внимание на меня.

— На этот вопрос лучше ответит доктор. — Ее взгляд падает на наши сцепленные руки, и я быстро отпускаю Линси и вытираю потные ладони о штаны.

Кашлянув, отвечаю:

— ЭпиПены хороши до тех пор, пока польза перевешивает риски.

Линси изумленно смотрит на меня.

— Что, черт возьми, это значит?

— Что их применение не так много исследовали, чтобы точно сказать, каковы последствия. — Мой голос ровный, и впервые я ненавижу, что не могу отключить эту часть себя и утешить ее.

— Значит, я могла навредить своему ребенку?

— Уверен, все в порядке.

— Но наверняка не знаешь?

— Не совсем, нет.

— Почему нет больше информации? — восклицает она, и ее голос достигает таких пронзительных высот, что я срываюсь.

— Потому что, Линси, не так уж много беременных женщин готовы подвергать плод риску, тестируя ЭпиПен ради клинических исследований.

Линси мгновенно начинает плакать, закрыв лицо ладонями. Я вздрагиваю от тона, которым только что разговаривал с ней.

Узист опускает взгляд.

— Что-нибудь еще, доктор Ричардсон?

Я мотаю головой.

— Только полный отчет, пожалуйста.

Узист собирает оборудование, но прежде чем уйти, опускает руку на плечо Линси и протягивает ей снимок.

— Ребенок выглядит здоровым. Отличный пульс, отличное движение. Это все, что имеет значение. Хорошо, милая?

Линси кивает, сжимая снимок, ее подбородок дрожит.

— Спасибо, — хрипит она, глядя, как женщина выходит из палаты.

Я наклоняюсь, закрываю лицо руками и бормочу в ладони:

— Как... как это случилось? Мы пользовались презервативом.

— Знаю, — говорит Линси дрожащим голосом. — Онвыглядел нормально, когда ты его снял?

— Презерватив? — спрашиваю я, и она кивает. — Он выглядел, как презерватив, полный спермы, что, черт возьми, ты имеешь в виду?

— Признаки утечки? — спрашивает она, ее глаза покраснели.