Книга 12 правил, чтобы не влюбиться, страница 6 – Сара Нэй

Это действительно так. К примеру, прошлой ночью я даже не приложил никаких усилий, чтобы поразвлечься с незнакомкой за хоккейным кортом. Парочка стандартных фраз, парочка игривых улыбок, и вот уже я страстно прижимаю подругу к стене, даже не зная ее имени.

– И спорим, у тебя не выйдет сделать так, чтобы ее губы прикоснулись хоть к какой-нибудь части твоего тела. Я даже поставлю на это сотню баксов.

Так, стоп. Еще раз, что? Сотня баксов? Эти слова сразу же привлекли мое внимание, и я резко вскинул голову. Почему я так отреагировал на простой спор? Дело в том, что я… на мели, мягко говоря.

Я никогда не был избалованным ребенком, которому доступны лучшие частные школы. У меня с детства были способности к борьбе, но у нашей семьи не хватало денег, чтобы оплачивать дополнительные занятия. Когда я еще учился в средней школе, моя сестра устроилась на свою первую настоящую работу, но вскоре была втянута в судебную тяжбу, в детали которой я не хочу вдаваться. Это значительно пошатнуло наше финансовое положение, поскольку в основном мы жили на сбережения моих родителей. Деньги, отложенные на тренировки и на обучение в университете, также пошли туда.

Поэтому, в отличие от большинства моих друзей, я поступил сюда не благодаря толстенному кошельку родителей. У меня нет невероятной суммы денег на карте или ежемесячного пособия от родителей. Может, у меня и есть особый талант прижимать противника к борцовскому рингу, но в финансовом плане я могу оперировать только стипендией для спортсменов (которую я должен беречь как зеницу ока) и работой. Да, все так, у меня есть работа.

Если я не на учебе или тренировке, то вкалываю – работаю оператором вилочного погрузчика до двадцати часов в неделю на каком-то допотопном складе пиломатериалов в пятнадцати минутах от кампуса, обычно в ночную смену. Эти деньги я трачу на аренду дыры, в которой я живу с Зиком, футболистом Паркером и его двоюродным братом Эллиотом.

Работа – мой единственный способ оплачивать расходы, на которые не хватает стипендии и помощи от родителей: счета и продукты, и, если честно, после этого деньги кончаются. Если кто-нибудь узнает о том, что я вообще работаю, – мне крышка, ведь согласно моему спортивному контракту с университетом Айовы это запрещено. Но тут уж нечего делать, приходится работать ночами, хотя мне следовало бы спать, учиться или как-то иначе отдыхать. В общем, давать передышку моему вечно напряженному телу, которое регулярно терпит удары, поскольку это мой единственный шанс получить образование в одном из десяти лучших спортивных университетов страны.

Еще, конечно, есть дополнительная пара тысяч долларов в год в качестве академической стипендии – их предоставляет страховая компания, на которую работает мой папа. Однако мне бы правда не помешали деньги, которые Зик только что предложил. Пусть это и всего лишь сто баксов.

И вот я снова поймал себя на том, что с живым интересом разглядываю ту девушку. Полностью застегнутый кардиган, сосредоточенное лицо, струящиеся темные волосы; губы сжаты в тонкую линию, и от сосредоточенности кончик языка слегка выглядывает из уголка рта. Пожалуй, я смогу вынести поцелуй с ней.

Я кивнул Зику, зная, что он сдержит слово, и сказал:

– Сойдемся на пяти сотнях.

Он фыркнул: