Книга Секретарь для монстра. Аллергия на любовь, страница 112 – Анна Варшевская

- Всего, - он пожимает плечами.

- У тебя что, анатомии в школе не было? - недоверчиво улыбаюсь. - Да и вроде эта информация - не что-то из ряда вон…

- Во-первых, много ли там рассказывают, в школе, озабоченным-то подросткам, - Марк вздыхает. - Насколько помню, нам просто было велено учебник прочитать. Во-вторых… я никогда этим специально не интересовался.

Ну вообще да. Задумавшись, медленно киваю. Все-таки у нас в обществе эти темы остаются достаточно табуированными, и несмотря на повсеместную рекламу прокладок, многие мужчины до сих пор стесняются покупать их в магазине. К тому же, у Марка никогда не было ни девушки, ни хотя бы постоянной любовницы...

Вспоминаю вдруг свою подругу, которая лет в двенадцать, когда я как-то раз зашла за ней, чтобы идти вместе в школу, рыдая, сообщила мне, что умирает. Потом выяснилось, что у нее впервые началось кровотечение - а ее мама не удосужилась заранее рассказать дочери об этой особенности женского организма.

- Спрашивай, я отвечу, - говорю наконец. - Что тебя интересует?

- Эм-м-м… цикл - это сколько по времени?..

- Примерно месяц, - пожимаю плечами. - У всех по-разному. От трех с небольшим до пяти недель считаются нормой.

- У тебя месяц идет кровь?! - Марк в шоке смотрит на меня.

Еле успеваю прикусить язык, чтобы сдержаться.

- Нет, - подавляю неуместную улыбку. - Кровь идет дней пять в среднем. Это просто первая фаза цикла. Мы считаем его как раз с начала кровотечения, - объясняютерпеливо. - Первые пара дней самые неприятные и чаще всего болезненные. Дальше примерно к середине месяца физическое и психологическое состояние постепенно налаживается. Потом наступает овуляция - это несколько самых комфортных дней в цикле. А потом все снова идет на спад до следующего кровотечения.

- Ты хочешь сказать, что… вы чувствуете себя полностью нормально только несколько дней в течение месяца?! - мужчина выглядит не то чтобы шокированным, скорее… немного пришибленным.

- Ну… в определенном смысле так оно и есть, да, - киваю, вздохнув. - Не заморачивайся на эту тему, - добавляю после паузы, потому что Марк молчит, переваривая информацию. - Не все так ужасно. Есть, конечно, кое-какие особенности. Но мы привыкли справляться с этим.

- Что я могу для тебя сделать? - спрашивает он наконец. - Я же могу сделать хоть что-то?

- Не пялиться на полуголых секретарш! - вылетает у меня непроизвольно, прежде чем успеваю придержать язык.

Марк давится воздухом и закашливается так, что мне приходится постучать его по спине.

- Ева! - выдыхает наконец сипло.

- Что «Ева»?! - говорю ворчливо. - У меня поганое настроение! И живот болит! Ходят тут всякие….

- Евушка, - Марк, быстро стянув перчатки, которые, естественно, надел сегодня с самого утра, снова притягивает меня к себе, осторожно заправляет мне за ухо выбившуюся прядь волос, - ты что… ревнуешь? Меня? Серьезно?

Вздыхаю, понимая, что веду себя глупо.

- На самом деле не то чтобы… - признаюсь неохотно. - Ну, может быть. Немножко. Вот столько, - показываю указательным и большим пальцем промежуток с полсантиметра.

Марк, улыбнувшись, протягивает руку и сводит мои пальцы вместе.

- Даже столько - это много, - качает головой.

- Извини, - вздыхаю, откидывая голову ему на плечо.

- Тебе не за что извиняться, - он обнимает меня крепче. - Понятия не имею, как бы чувствовал себя, если бы испытывал те же… хм, физические ощущения. Но, подозреваю, что всем окружающим не поздоровилось бы.