Книга Неистовые. Меж трёх огней, страница 71 – Алиса Перова

— Ку-куда?.. Не-э, я туда не… — похоже, мужик на грани истерики и сворачивать в лес совсем не готов, но мне некогда его утешать:

— Ну, выходи тогда на хер, сам доеду.

Сработало — едем дальше.

Дорога, конечно, — жесть! Но уже через несколько минут фары выхватывают Натахиного «Жука» в неприличной позе для четырёхколёсного агрегата. И вроде надо радоваться — приехали же, но мотор в груди отчего-то тревожно разгоняется — всё ли в порядке?..

— Тормози давай! И, слышь, даже не вздумай свалить, может, тачку дёрнуть придётся.

Ответа не последовало, да и похер.Я выскакиваю из машины и громко заявляю о себе, предупреждая Натахин ужас, а то ведь мало ли кто мог подкатить:

— Ната-ах, это я приехал!

По любому все звери в лесу обосрались, да и таксист наверняка… Но, к моему огромному облегчению, водительская дверь «Жука» распахивается и оттуда едва не вываливается Наташка. Тут же, споткнувшись, падает на четвереньки, вскакивает и в три прыжка влетает в мои объятия.

— Ге-эна-а! — тоненько скулит мне в шею, обнимая своими длинными руками и ногами, и дрожит, как в лихорадке. — Ге-ноч-ка-а… ты прие-хал… приехал.

— Тихо-тихо, моя маленькая, — я крепко прижимаю хрупкую фигурку и глажу её по спине, по волосам. — Да куда б я делся?! Всё-всё, успокаивайся.

Сейчас в её объятиях и поцелуях нет никакого сексуального подтекста — в моих руках дрожит очень сильно напуганный ребёнок, и за эти слёзы мне хочется укатать всю её семейку.

— Э, молодёжь, помощь нужна? — это таксист, поняв, что опасность миновала, вернулся в нормального мужика.

— Не знаю ещё, сейчас выясним.

Выяснили! Задраться в пассатижи!

На языке вращается непереводимая игра слов, но если проще: бабы — злейшие враги техники. Бензина полбака, катки в норме, однако несчастный «Жук» упёрся носом в дно выбоины и по воле хозяйки продолжал закапываться глубже.

— Натах, а ты назад сдать не пробовала? — интересуюсь предельно ласково, выгнав тачку из ямы.

— Пробовала, — пищит обиженно. — Но она глохла. Думаешь, я совсем дура?

Конечно, нет — не совсем!

— Газку надо было поддать немного, — успокаивающе глажу её по руке. — А ещё большую букву «У» прилепить спереди и сзади.

— Ген, может, хватит? Я уже два года вожу, давно из учениц вышла.

— Буква «У», радость моя, — это не ученица… Это убийца! А в конкретном случае — убийца «Жука». На хрена тебя вообще через лес понесло?

— Ну да — это была дурацкая идея, — покаянно бормочет.

— И поэтому ты непременно решила ею воспользоваться.

Натаха тут же надулась, а повеселевший таксист вырвался, наконец, на свободу.

— Так, давай прыгай на пассажирское сиденье и погнали, — командую я, и Наташка послушно выполняет. Но, устроившись рядом со мной, она несмело касается моей руки и тихо спрашивает:

— Ген, а ты не очень торопишься? Может, мы ещё немножко здесь посидим?

— Уже волков не боишься? —усмехаюсь.

Торопиться мне уже действительно некуда — сорвалась моя самая смачная рыбка и вряд ли повторно клюнет. Жаль так, что аж в паху отдаёт, но чего уж теперь-то.

— С тобой я ничего не боюсь, — шепчет Натаха, преданно заглядывая мне в глаза.

Так много всего в этом взгляде — тоска, раскаянье, обида… Но в нём потух тот огонь, с которым эта девочка штурмовала меня позапрошлой ночью. В сентиментальном порыве я глажу её по волосам.