Книга Неистовые. Меж трёх огней, страница 44 – Алиса Перова

Как его там зовут?.. Её то есть — всезнайку, недавно открывшую мнесуровую правду о птицах. Чёрт, с именами у меня просто беда. Хотя… оно мне надо? Вот только этот запах никуда не делся, и мне хочется зажать нос и свалить подальше. Златовласка, чтоб её, маленькая обманщица! Сейчас, без своих смешных косичек и бесформенной футболки, она выглядит иначе. Я бы сказал, кардинально по-другому. Тонкая, как балерина, и даже — вот уж не ожидал! — с заметными выпуклостями в области груди.

Да задраться в пассатижи — о чём я думаю, разве ж это выпуклости?! Стоп! Это всё мой обострённый нюх и коварство малолетней писюхи, расплескавшей свой экзотический букет, ввели меня в заблуждение. Понятно, что пара недозревших персиков не делают эту фитюльку взрослой… но наверняка вполне достойной внимания каких-нибудь неискушённых недорослей.

Впрочем, в компании неоперившихся щенков она сейчас и пребывает. Я внимательно просканировал эту команду — кроме всезнайки, ещё какая-то бледная деваха и три балбеса. Самый длинный непозволительно тесно жмётся к Златовласке, но, похоже, она не против. И да — Кирюха вроде говорил, что у неё свидание. Интересно, а он хоть знает, по каким заведениям таскается эта пигалица? А Айка куда смотрит? Они там вообще за этой мелочью не следят?

Я быстро взглянул на подиум, но, к моему облегчению, танцовщица уже подобрала трусишки и свалила. Так ведь скоро другие прибудут… а подобное шоу точно не для таких нежных малышек. И ядовито-зелёное пойло, которое золотая девочка медленно помешивает соломинкой… и долговязый мудак, что-то шепчущий ей на ушко — всё это ей не подходит.

Вот только кто же меня спрашивает?..

— Геныч, ты с нами? — орёт мне в ухо Жека. — Кого ты там всё высматриваешь?

— Да вон, — я киваю на соседний столик. — Не узнаёшь?

Друг вглядывается и расплывается в улыбке.

— Так это ж Стефания!

О! Точно — Стефания!

— Видал, какие девочки подрастают? Держись, холостой брат! — Жека хлопает меня по плечу.

Макс тоже вытаращил глаза на подрастающую девочку и вынес свой вердикт:

— Да, сестрички у Айки — огонь!

— Александрина — это да, огнище! — напомнил Жека о рыжей ведьме и заржал. — Геныч даже хотел своё полено пристроить, да чуть не сгорел! Теперь, вон, к младшенькой примеряется.

— Мала ещё для полена, — я оглянулся на Златовласку, а та будто только и ждала моего взгляда.

С видомневинного ангелочка она вскинула изящную ручку-веточку и, поправляя волосы, продемонстрировала мне средний палец.

Вот зараза мелкая!

Желание оглядываться у меня напрочь пропало, и даже нюх отбило — принюхался, наверное. А потом и вовсе постарался о ней забыть, разглядывая вертлявых танцовщиц, ожидая Сонечку и обмусоливая с пацанами предстоящий перелёт Париж.

— Геныч, а почему тебе не рвануть вместе с нами? — сообразил Жека. — На хрена ты здесь целых два месяца будешь отираться?

— Да ты понимаешь, какая штука… хозяйка Парижа очень уж волнуется за француженок. Короче, приказала мне хорошенько выпустить пар на родине и драть всё, что шевелится.

— Жек, не шевелись! — с комическим ужасом взвыл Макс.

— А если серьёзно, то я рад этой отсрочке. Во-первых, мама расстроится, если я сорвусь сразу, как только она вернётся. Да и документы, наверное, дело небыстрое. И потом, мелких я на кого оставлю? Им же надо тренера подыскать.