Книга Дочь для миллионера. Подари мне счастье, страница 84 – Алекса Гранд

Маленьких актеров даже вызывают на бис, так сильно собравшиеся не хотят прощаться со сказкой.

– Солнышко, ты такая молодец. Мы с папой безмерно тобой гордимся.

Счастливая, Эва смахивает слезы радости с ресниц и заключает дочку в объятья. Я же вручаю Ксюше приготовленный заранее букет и мятную шоколадку. После мы празднуем успешную премьеру в кофейне, посещаемпарк аттракционов, а вечером устраиваем просмотр киношного «Питера Пена».

– Наша Венди лучше.

Я сообщаю дочери, когда она укладывается спать и целую ее в лоб. На цыпочках выскальзываю в коридор, возвращаюсь в гостиную и замечаю, что Эва задумчиво крутит чашку в ладонях.

Я приближаюсь к ней медленно, обнимаю со спины и устраиваю подбородок у нее на плече. Пару минут не говорю ничего, считываю реакции ее напряженного тела и только тогда спрашиваю.

– Что-то случилось?

– Да. Нет. Ничего такого. Послезавтра отправляемся на матч в Питер.

– Не хочу тебя отпускать, – произношу негромко, с затаенной грустью, и ответ получаю такое же искреннее.

– А я не хочу уезжать. Знал бы ты, как сильно. Не хочу оставлять вас одних и тащиться в такую даль с этим придурком.

Но от нашего с Эвой желания, к сожалению, мало что зависит. Романыч все еще ухаживает за внучкой, и Воронова, конечно же, не может бросить команду. Поэтому во вторник я откладываю все дела и еду на арену, чтобы ее проводить.

Пацаны встречают меня с теплотой. Окружают, трогают, галдят наперебой.

– О, кэп. Ты с нами?

– Багров, хватит симулировать, давай обратно в строй.

– Капитан, нам без тебя туго. Когда там тебе уже допуск выпишут?

От такой реакции у меня подозрительно щиплет в носу, и благодарность затопляет грудину. Поддержка парней дорогого стоит и бальзамом проливается на немного пострадавшую самооценку.

Из всех присутствующих только Казаков стоит поодаль, как гость, не приглашенный на вечеринку и случайно на нее попавший. Он не испытывает всеобщей эйфории от моего присутствия и кривится, как будто сожрал лимон, когда я подтягиваю к себе Эву.

– Возвращайся поскорее, ладно?

– Я буду скучать.

Я запечатываю Эвино обещание долгим томительным поцелуем, от которого у нас обоих перехватывает дыхание и подкашиваются колени. Помогаю ей подняться и наблюдаю за тем, как автобус покидает арену.

Следующие пару дней я окружаю Ксюшу заботой и стараюсь максимально отвлечься, чтобы не думать о том, что, если бы не мудак-Глеб, я бы сейчас готовился к игре вместе с пацанами и выслушивал указания Денисыча.

По утрам мы исправно выгуливаем Зевса, завтракаем чаще дома и печем фигурное печенье по Эвиному рецепту. Мы строим шалаш из пледов, стульев и швабры, собираем домик для кукол из конструктора, играем в прятки и самолетики. А ещея продолжаю постигать искусство плетения кос по видео-урокам и даже добиваюсь определенных успехов.

По крайней мере, на двадцатый раз Ксюшина прическа смотрится вполне сносно и не изобилует петухами.

– Что делать, если вам подкинули ребенка? Папа, серьезно?

В день матча Ксюша заглядывает мне через плечо, с выражением читает название статьи, которую я открыл ради шутки, и разражается праведным возмущением. Она гоняет меня по всей квартире и вызывает на бой подушками.

Мы хохочем во весь голос, устраиваем форменный кавардак, и именно за этим занятием нас застают мои родители, которых я меньше всего ожидаю увидеть.