Книга 36 вопросов, чтобы влюбиться, страница 41 – Зина Кузнецова

Секретарь вскрикнула и, семеня ножками и переваливаясь, как пингвин, побежала следом.

– Ты с ума сошел! Боже мой! Ты с ума сошел! – повторяла она, забыв про «молодого человека».

Паша остановился напротив огромного окна.

– Как считаете, такое событие не пройдет мимо директора, у меня точно появится шанс на аудиенцию именно с ним? Может, мелковато, может, надо то, которое панорамное? – Паша сам удивлялся, откуда в нем столько смелости и даже задора. – А то вдруг только с завучем смогу увидеться, а мне завуч не нужен, вы же понимаете, мне директор нужен. Не мелковато?

– Не мелковато, – услышал он мужской строгий голос.

Паша быстро обернулся. Директор стоял около своего кабинета со скрещенными на груди руками.

– А я к вам! – обрадовался Паша.

– С фикусом?

– Фикус мой, – подала тихий голос секретарь.

– Будь добр, отдай Алене Андреевне ее фикус – и за мной.

В кабинете директор расстегнул пуговицу на пиджаке и сел за стол, приняв внушительный вид.

– И как это называется? – строго спросил он.

Пашин задор мигом куда-то подевался, он уже даже мысленно стал отчитывать себя за такую легкомысленность.

– Извините, я пошутил, я бы не стал. Я с вами хотел поговорить.

– Слушаю тебя!

– По поводу конкурса научных работ…

– Так?

– Я уже разработал целую теорию, идея такая… – И Паша принялся рассказывать про тридцать шесть вопросов, объяснил, почему считает их эффект научно обоснованным, и поделился экспериментом.

– Это хорошо, Паш, только мне прочитать надо твой доклад, на словах пока неясно ничего. Нужны факты, обоснования, ссылки на научные труды.

– Дело в том, что эксперимент еще не закончен, пока не все вопросы заданы.

– Ну у тебя же доклад не из одного только эксперимента состоять будет, страниц тридцать, Паш, помни. Начинай пока писать введение, актуальность, начни с теории, с работы мозга. Принесешь пока мне эти наработки, потом уже будем их с экспериментом соединять.

– Да, хорошо! – Паша поднялся со стула и уже у выхода из кабинета попросил: – А вы не могли бы дать мне какой-нибудь пропуск, а то, чтобы попасть к вам, мне пришлось угрожать фикусом.

Директор едва заметно улыбнулся, взял лист бумаги, что-то там быстро написал и протянул Паше:

– Отдай Алене Андреевне.

– Спасибо, до свидания…

– Доклад хороший будет, Паш, идея неплохая. Все шансы победить, – услышал он перед тем, как закрыть дверь.

Дома Пашу встретила раскрасневшаяся от готовки мама.

– Привет, а я лазанью делаю! Подождешь пятнадцать минут, она еще в духовке?

У Паши завибрировал телефон в руках. Мельком он глянул на sms:

«Я видела, как она посолила ее пять раз огромной ложкой», – от Лили.

– Спасибо, мам, я после уроков в кафе посидел, не голоден.

– Ну ладно тогда, – расстроенно протянула мама, – значит, папа попробует, а вы завидуйте. Лилька тоже сказала, что у подруги поела.

В своей комнате Паша открыл ноутбук и завис перед чистым белым вордовским файлом. Как только он начинал думать о докладе и эксперименте, мысли его сразу обращались к золотым сережкам, поблескивающим в темных Надиных волосах. Ее тихий легкий поцелуй сегодня в столовой не шел из головы. «И посмотрела она на меня как-то иначе совсем: как будто до этого в темной комнате была, а потом вдруг ей включили свет. Или мне показалось?»

Паша закрыл Word и открыл соцсеть. Нашел через одноклассников Надю. «Знаем друг друга с детства, а в друзья друг друга так и не добавили», – подумал Паша, рассматривая Надины фото. Они были красивые, необычные, не такие, как у большинства – портреты с неестественными позами и ярким макияжем: Надины фото обладали какой-то особой эстетикой, как будто Наде удалось запечатлеть ту красоту, которую она действительно хотела передать.